Книга Измена с молодой. Ты все испортил!, страница 29 – Аника Зарян, Каролина Шевцова

Нора избегает моего взгляда. Крутится вокруг стола, что-то достает, что-то убирает. Сама раскладывает дополнительные приборы — у меня было накрыто на четверых. Она поняла, что я не включусь в эту игру. Достаточно того, что я нашла в себе силы находиться со всеми ними в одном доме.

За пять минут до полуночи компания садится за стол. Георгий Каренович во главе стола берет на себя обязанности хозяина, разливая шампанское в бокалы.

— Давайте первым тостом проводим уходящий год, — начинает он заученную годами речь. Все за столом знают, что будет звучать дальше, но с уважением вслушиваются в каждое слово, кивают, пожимают плечами, вздыхают… Одиннадцать раз я делала то же самое. Не играла, не притворялась — искренне и с вниманием отдавала дань традициям этой семьи. Моей, как я думала, семьи. — Было в нем и хорошее, и не очень. Давайте поблагодарим его за мгновения счастья, и пусть он запомнится только хорошими моментами. А все проблемы и невзгоды оставим в прошлом.

Мне всё сложнее сохранять спокойствие, когда все встают на ноги, чтобы дотянуться бокалами.

Звенят ими друг с другом, тянутся ко мне, сталкиваются с ледяным холодом в глазах, но делают вид, будто всё так, как надо. Присаживаются на свои места и, пригубив, ставят фужеры перед собой. Если бы всё было так просто… Один тост — и все плохое уходит.

— Ты можешь вести себя нормально? — шепчет на ухо Карен. — Не порть людям праздник. — делает паузу и добавляет, — пожалуйста.

— Я никого не держу, — отвечаю спокойно и тихо, но лишь потому, что слева сидит дочь, и она может услышать.

Муж сжимает челюсть, и я вижу как напрягаются его скулы.

С боем курантов все снова встают со своих мест. Раздается звон бокалов. Звучат поздравления… Я смотрю, как родители по очереди тискают внуков, и упускаю мгновение, когда Карен разворачивается ко мне и порывисто заключает в объятья.

— С Новым годом, джана…

От его голоса по телу проносится волна тепла. И, кажется, я не успеваю увернуться. Но, может, и не хочу…

«…и пусть он запомнится только хорошими моментами»…

— Мам, уже можно открывать подарки? — вскакивает сын сразу после.

— Ну пожалста, пожалста, пожалста, — скороговоркой поддерживает его Вика.

Я отстраняюсь от мужа, улыбаюсь и разрешаю им выйти из-за стола, и они тут же убегают к горе подарков под ёлкой.

— Ксюша джан, они ничего не поели, пусть сначала… — произносит свекровь, но замолкает, не договорив.

— Лариса, не вмешивайся.

Свекор даже не поворачивает к ней голову. Она послушно поджимает губы и начинает ковырять в тарелке. Нора набирает себе гору салата, всё так же не поднимая глаз. Муж наполняет рюмки коньяком себе и отцу и обновляет шампанское в из без того полных бокалах женщин — ни свекровь, ни Нора не выпили ни глотка.

От градуса фальши воздух безжалостно густеет, с трудом пробираясь в легкие.

Не могу больше находиться к ним так близко. Когда на телефоны сидящих за столом начинают поступать звонки и сообщения от друзей и родственников, иду к детям.

Заметив мое приближение, Гера что-то быстро шепчет сестре на ушко и убегает наверх. Возвращается, прижимая к себе коробку, неумело обернутую в красную бумагу. Вика подскакивает к нему, и они вдвоем встают в торжественную позу.

— Мамочка, папочка! — начинают хором громко.