Книга Измена - дело семейное, страница 108 – Аника Зарян

Слава Богу.

На следующий день ровно в девять я стою в длинном коридоре у дверей канцелярии нашего участка мирового суда.

Закрыто.

Бывает.

Жду.

Слышу вдали шаги, машинально поворачиваюсь в их направлении.

Наташа.

В строгом деловом костюме, отросшие волосы зачесаны назад. Выглядит, как всегда, идеально и сосредоточенно.

Замечает меня, кивает, чуть ускоряет шаг.

— Олег? – недоуменно. – Ты почему здесь?

— Пришел написать заявлении о расмотрении нашего дела без моего присутствия.

— Оу, – ухмыляется, ведет бровью. Что-то в её взгляде цепляет. Как будто изменилось. Но не пойму, что.

— А ты?

— Я тоже.

— Понятно.

Видимо, мы все еще мыслим одинаково в некоторых вопросах. Раньше это радовало. Сейчас вызывает спазм в гортани.

Сглатываю вязкую слюну.

Секретарь, наконец, открывает дверь и пропускает нас в свою каморку.

Много, очень много бумаги. На подоконнике, на полу, стульях. Её стол тоже завален бумагами.
У стены перед столом – МФУ.

По очереди подаем заявления о рассмотрении дела в отсутствие сторон.

Сначала я.

Потом – Наташа. Ловлю себя на том, что краем глаза слежу за ее профилем: сосредоточенный взгляд, слегка сжатые губы изогнуты в легкой улыбке. До одури красивая. До одури своя...

И такая чужая.

Передаем секретарю.

— Есть еще какие-то новые обстоятельства, которые нужно отразить в материалах дела? – спрашивает та.

Мы переглядываемся. Кажется, это первый за сегодняшний день полноценный зрительный контакт.
Первый за много недель молчаливый диалог.

Горькая ухмылка.

— Совместная опека над несовершеннолетней дочерью Вероникой, – говорит Наташа. Щурится, наклонив голову, и добавляет: – И отсутствие имущественных претензий. Мне не нужна твоя фирма, Олег. При условии, что ты не станешь оспаривать дарственные.

— Я и не собирался. Это было мое обдуманное решение. – почему-то поворачиваюсь к секретарю, добавляю: – И добровольное.

Моя цель была без суеты и бюрократических заморочек обеспечить мою семью.

Так и вышло.

Жаль, что с небольшим нюансом...

— У вас есть соглашение? Или готовы составить заявление прямо сейчас?

Киваю.

— Сейчас.

Заполняем.

Отдаем секретарю.

Та бегло просматривает, ставит печати, убирает в одну из стопок на своем столе.

— Принято. Обоюдное согласие на развод, совместная опека, отсутствие имущественных споров. Всё верно? О дате заседания уведомим через «Госуслуги».

Выходим из канцелярии почти одновременно. В коридоре никого. На мгновение задерживаемся.

— Забрать Веронику в субботу? – спрашиваю.

— Да. Она ждёт.

Вместе спускаемся по лестнице.

Вместе выходим из здания суда.

Она поворачивается и уходит, не прощаясь. Я смотрю ей вслед, потом разворачиваюсь и иду в другую сторону.

Всё.

Через несколько дней на телефон приходит уведомление. Заседание состоялось. Брак расторгнут, месяц на оспаривание.

Сижу в офисе, смотрю на экран. Ожидал, что будет больно. А чувствую пустоту. Как будто из меня вместе со смыслом жизни вырвали все эмоции.

Всё выжжено.

В кабинет заходит Ольга. Бледная.

— Олег Алексеевич, там от китайцев письмо на электронной почте.

Открываю. Действительно, письмо с пометкой «срочно».

«Уважаемый господин Орлов! В связи с непоступлением оплаты по договору №… в установленный срок, направляем вам официальную претензию. В случае если денежные средства не поступят на наш счет в течение 7 (семи) банковских дней, мы будем вынуждены применить штрафные санкции, предусмотренные пунктом 8.3 договора, за срыв контракта и обратиться в международный арбитраж в соответствии с условиями «Take-or-Pay».