Книга Муж моей подруги, страница 78 – Мила Младова

Осень 2021 года

— Я хочу к папе! — настаивает Ваня, когда я поднимаю его и несу к машине. — Я хочу к своему папе.

— Папа будет в ярости из-за того, что ты ушел из дома посреди ночи. — Я сажаю его на заднее сиденье в детское кресло. Мои зубы стучат от адреналина. — Ты поступил плохо, Ваня. Ты совершил очень опасный поступок.

— Я хочу к своему папе, — плачет Ваня. — Где он? Я думал, он здесь. Ты сказала, что он здесь.

Я достаю из кармана салфетку и вытираю мокрые руки и лицо Вани, жалея, что у меня нет полотенца. Ваня чихает.

— Папы сегодня нет в редакции. Он у друга.

Я завожу машину, включаю обогреватель на полную мощность.

— Мой папа умер? — спрашивает Ваня.

— Умер? Нет! С чего ты взял?

— Он бы уже позвонил мне, если бы был жив.

— О, Ваня. — Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на своего хрупкого, мокрого, плачущего сына, и мое горло сжимается от жалости и раскаяния. — Вот что я тебе скажу. Я думаю, я знаю, где папа. Я покажу тебе его машину, хорошо?

— Хорошо.

Дорога до загородного дома Кирилла занимает всего около двадцати минут. Других машин мы не встречаем. «Мерседес» Киры припаркован тут; машина Максима — за ним.

Это гнев? Это ревность? Это идиотизм? Я паркую свою машину позади машины мужа, обхожу ее сбоку, отстегиваю ремень безопасности Вани и беру его на руки. Он кажется невесомым, когда я поднимаюсь по ступенькам и стучу в дверь.

Внутри загорается свет. За занавесками двигаются фигуры.

Максим открывает дверь. На нем только быстро завязанный халат.

— Что ты здесь делаешь? — говорит он, моргая.

— Папа! — вскрикивает Ваня и бросается всем телом на Максима с абсолютной бездумной уверенностью в том, что отец поймает его.

И Максим ловит его. Ваня обнимает отца за шею и прижимается к нему.

— Можно нам войти?

Я не жду ответа от Максима. Я вхожу внутрь, подальше от шума и натиска дождя.

Кира выходит из комнаты, одетая в бледно-кремовый пеньюар, красиво украшенный кружевами. Я осознаю, что мои волосы насквозь промокли, что я похожа на мокрую крысу.

— Папочка, ты не пришел домой, ты не отвечал на мои звонки, я подумал, что ты заболел. И меня вырвало сегодня вечером!

— Ваня улизнул из дома, — говорю я Максиму. — Он встал, пока я спала, оделся и пошел в редакцию. В темноте. Под дождем. Один.

— Мама сказала, что ты работаешь. Почему ты не приходишь домой? Почему ты не звонишь мне по телефону? Ты злишься на меня? Почему? — Серия чиханий одолевает маленького мальчика.

— Ты весь мокрый, — говорит Максим.

— Я принесу полотенце. — Кира идет за полотенцем.

— Ты больше не любишь меня, папа? — спрашивает Ваня.

На одно долгое мгновение в комнате воцаряется тишина, нарушаемая лишь падением капель воды с моей одежды на пол и равномерной барабанной дробью дождя по крыше.

Максим выглядит таким грустным, что это разбивает мне сердце.

— Конечно, я люблю тебя, Ваня, — говорит он.

Кира протягивает Максиму полотенце. Темноволосая голова Максима наклонена, когда он проводит полотенцем по золотистым волосам маленького мальчика, уютно устроившегося между его предплечьем и грудью.

— Ты поедешь с нами домой, папа? — спрашивает Ваня.

Максим отвечает не сразу, он сосредоточенно вытирает полотенцем лицо Вани. Он смотрит вниз; я не могу прочитать выражение его лица. Я слышу дыхание Киры и шуршание плаща Вани, когда он ерзает на руках у отца. Я задерживаю дыхание.