Книга Скандальная страсть, страница 98 – Ева Галицкая

— Но зачем?! Ради чего весь этот цирк?!

— Чтобы он потерял бдительность, — я поцеловал её, — Чтобы он, опьянённый победой, сделал то, чего никогда бы не сделал в трезвом уме. Просто доверься мне, ладно? Наше шоу ещё не окончено. Это только, блядь, антракт.

* * *

На следующий день мы встретились в переговорной.

Козлов пришёл со своей свитой и был похож на надутого индюка перед Днём благодарения. Его распирало, сука, от собственной важности. Он даже не смотрел в мою сторону, общался исключительно через своих адвокатов, как будто я был прокажённым.

— Все документы готовы? — бросил он в воздух, обращаясь к моему юристу.

— Готовы, Игорь Борисович, — сказал я, откидываясь в кресле и закидывая ногу на ногу, — Можешь начинать откупоривать шампанское.

Процедура была быстрой.

Я смотрел на Козлова. Хоть он и пытался сохранить покерфейс, но я видел, как подрагивают его пальцы, когда он ставил свою подпись. Он же победил. Он, блядь, искренне в это верил, бедолага.

Когда всё было кончено, он встал, поправил свой дорогой пиджак, и, все также, не глядя на меня произнес.

— Ну что ж, Максимушка, это было забавно, — он криво усмехнулся, — Жаль, что ты так быстро сдулся. Я рассчитывал на более долгую партию.

Он протянул руку моему юристу. Меня демонстративно проигнорировал, обходя по широкой дуге.

Ты явно продешевил, мальчик, сказал он, наконец, глядя мне в глаза с нескрываемым презрением, — Теперь никто в серьёзных кругах тебя воспринимать не будет. Сломленный гений, трагическая фигура. Можешь писать мемуары, как всё проебал из-за бабы.

Я медленно встал и подошёл к нему вплотную, глядя ему прямо в глаза.

— Удачи, Игорь. Она тебе понадобится.

Я тоже не подал ему руки. Просто развернулся и пошёл к выходу, оставив его упиваться своей пирровой победой.

Через час Козлов, как Цезарь, входящий в Рим, вошёл в мой кабинет. Он с наслаждением плюхнулся в моё кресло, провёл рукой по полированному дереву. Кайфовал, ублюдок.

Я вошёл без стука. В руках у меня была небольшая картонная коробка с парой личных вещей, где лежали фотография отца, любимая ручка, пара книг.

— А ты что тут делаешь? — он нахмурился, его минута триумфа была нарушена, — Я вроде ясно дал понять, давай, проваливай, с вещами на выход.

— Зашёл попрощаться, — я поставил коробку на стол, — как раз, видишь, вот вещи собрал.

Он посмотрел на меня с презрением.

— Давай-давай, освобождай помещение, а то у меня тут много дел. Нужно будет провести аудит, выгнать к хуям всех твоих людей, пересмотреть контракты. Работы, блядь, непочатый край, нужно понять, какую помойку я купил.

— Да, да, конечно, — кивнул я, — Аудит — это превосходная идея. Очень, блядь, рекомендую. Начни с основных активов, с недвижимости, например, вот, хотя бы с этого здания. Узнай, кому оно принадлежит и будешь поражен.

Он удивлённо посмотрел на меня. В его глазах впервые мелькнула первая тень сомнения.

— Что ты, блядь, несёшь?

— Ничего, — я улыбнулся той самой своей спокойной улыбкой, от которой у моих врагов начинался энурез, — Просто дружеский совет от бывшего владельца. Ну, бывай, Игорь. Наслаждайся победой.

Я развернулся и пошёл к двери.

Полонский! крикнул он мне в спину, его голос дрогнул, — Я уничтожу всё, что ты строил! Я сравняю это с землёй!