Книга Цыганский барон и его пташка, страница 52 – Ника Лор

Остановившись возле зеркала, я взглянула на свое отражение. После ухода засранца я всё же замазала засосы, не желая, чтобы их увидела мама, иначе её крик радости будет слышан на весь район.

Готовя ужин, в дверь позвонили. Я, сделав огонь тише, пошла открывать двери. В квартиру зашла мама, вручая мне пакет из магазина. Я схватила его и быстро вернулась на кухню.

— Как у вас дела? Ты молчалива, — она обошла дом, а после вернулась ко мне, — Где Тагар? Я же надеюсь, что в подъезде не его кровь.

— Нет, не его. Он ушёл ещё днем, — продолжая перемешивать картошку на сковородке, ответила сдавленно я.

— Так, не поняла. Признавайся, ты его прогнала, да?

— Мама, никого я не прогоняла. Он сам ушел. Ему позвонили, и он уехал.

Она прищурено на меня посмотрела, выставив руки по бокам.

— Я же у него спрошу.

— Пожалуйста, — закатила я глаза. — Я начинаю ревновать, мама. Ты заботишься о нём лучше, чем о родной дочери.

— Я забочусь о твоем будущем. С таким мужиком, как Тагар, ты не пропадешь. Не то, что твой Гриша.

— Он уже не мой, — скривилась я, как будто в рот попал сок лимона. — И кровь в подъезде принадлежит ему, кстати.

Мама подлетела ко мне, хватая за руку и впиваясь в меня своими округлившимися глазами.

— Это его Тагар так? Он его хоть не убил?

— Не убил, хотя очень хотел. У меня началась паника из-за крови, поэтому драка резко прекратилась.

— Жаль. За то, что совершил этот шкет нужно ему член отрезать.

— Мама, — воскликнула я. — Ужас какой-то.

— Я не права? Он даже не может своего червяка контролировать. Суёт куда попало. Пусть потом не удивляется, что кто-то его и отрежет. Я, конечно, ни на кого не намекаю.

Кое-как я выпроводила маму из кухни, заставив переодеться. Ужиная, мы обсуждали скандальных больных, что устраивали громкие сцены в больнице, начальство, которое раздражало и стоматолога, что бегал за мамой уже несколько лет.

— Как пиявка прицепился. Никак не отцепится. Я ему уже на прямую говорю: «Не цепляешь ты меня, Миш. Нету у нас искры», а он все равно не понимает. Дурак.

Я хихикнула, но быстро затихла, вспомним такие же посиделки со Светой. Только недавно я сама ей жаловалась на Гришу, и тогда даже представить не могла, что может произойти такое.

Не надо мне никаких подруг. Мне мамы достаточно. Повезло мне, что она у меня такая…, простая.

— Он вроде стоматолог. Они хорошо зарабатывают. Разве ты не искала мужчину, который сможет тебя обеспечить?

— Да, искала, — облизнув ложку меда, вздохнула мама, — но все равно должен зажечься огонёк между нами.

— Ну, вот у дяди Миши он зажегся.

— Я бы тебе сказал, что у него там зажглось, но не буду нам аппетит портить.

Я залилась смехом.

Перед сном мне, как обычно пришло сообщение о Гырцони, который желал мне спокойной ночи каждый вечер. Мои пальцы начали печатать ему ответные слова, но, вспомнив, что он творил со мной и моим телом, я стерла и откинула телефон на другой конец кровати.

— Это всё гормоны, — рявкнула я и окуталась в одеяло.

Последний выходной я провела дома за готовкой печений, которые вечером мы с мамой в обе щёки слопали. Меня только недавно потянуло за плиту. Раньше я обходила её стороной, боясь газа больше, чем огня. Но, когда маму повысили, и она стала целыми днями и ночами пропадать в больнице, то страх я быстро переборола, не желая умереть с голода.