Книга Дважды два (не) равно четыре, страница 16 – Катя Хеппи

Но вот эта Настя, которая отталкивает меня, совсем не похожа на Ася. Вот такой я ее впервые встретил. Вот такой полюбил.

Дерзкая. Острая на язык. Наглая.

— Зверюга, что ты делаешь?

— Целую тебя, глупенькая, — бормочу у ее губ. Сгребаю в охапку покрепче, чтобы не сопротивлялась, и снова тянусь к губам.

Сердце начинает колотиться, кровь разгоняется, и я только неимоверной силой воли подавляю в себе желание придушить ее и перестать мучиться.

Я не знал, как реагировать на ее странные вопросы в машине. Не знал, как переварить ее поцелуй с Зориным. И сейчас не знаю, как сохранить самообладание, когда она отворачивается от меня, избавляясь от поцелуя.

— Зверюга, ты провалил эксперимент. Целуешься, как школьник. Обнимаешь, как здоровенный бугай, — говорит, изворачиваясь в моих объятиях.

А меня словно заклинило. Туплю. Не въезжаю.

Какого чёрта она творит?

— Царёва, обсядь.

— С удовольствием. В своей комнате не только сяду, но и прилягу, — фыркает она. — Отпускай уже. Наше расставание на время не предусматривает поцелуи. Зверюга, лапы убери.

Отпускаю. А внутри словно рвется что-то. Режет своим «расставанием на время».

Я облажался, предложив расстаться. Это было необдуманное, поспешное и принятое на эмоциях решение. Я хотел ее защитить, а в итоге потерял.

Чувствую кожей пустоту. Ломает от нехватки ее рядом. Прячу руки в карманы из-за отсутствия ее талии. Это расставание разрушает меня.

Вначале думал, дело привычки. Пройдет через пару дней. Но становится только хуже. Она нужна мне как воздух. Нутро горит от недостатка ее.

А она отталкивает. Хреначит словами. Другого целует.

Когда увидел рядом с Зориным, воспламенился. Нику хотел претензию по морде выразить, только он остудил:

— Поезжай за ней. Она хреново водит.

Поехал и не прогадал. Водитель с нее не очень. И вообще, я даже не знал, что у нее есть водительские права.

Мы как-то с Настей не лезли в прошлое друг друга. У меня там была Ася. И у Насти кто-то был.

И надеюсь, это не «школьный друг» Зорин. Потому что, если да, им двоим не жить. Не прощу закулисных игр у меня под носом.

Настя

— Перестань истерить, — присев около меня на корточки, говорит Катюха. — Кроме того, что Стас поцеловал тебя, я ничего не поняла.

— А больше ничего и не было! — кричала я на ни в чем не повинную подругу. — Я ушла. И от Ника ушла.

— А Никита тут причем?

— Он меня тоже поцеловал. Твой Никита. А для меня бывший парень Ник!

По тому, как приподнимаются брови подруги, понимаю, что она удивлена. Больше не хочу ничего скрывать. Как я раньше не понимала, что запуталась во лжи и недомолвках. Больше так не хочу. Нужно разгрести всё грязное бельё, что я насобирала.

— Богданова! Всё ты правильно поняла. Я встречалась с Зориным в школе. Потом он меня бросил. Точнее, я его. Но он этого хотел.

— Вы не сорились. Не обсудили ничего. Не объяснились друг перед другом, а просто разбежались? — спросила подруга после моего короткого, но ёмкого рассказа.

— Я с тобой сейчас поссорюсь, если ты будешь смотреть на меня как на дуру.

— Насть, я просто не понимаю…

— И я не понимаю, что со мной, — я встала и прошла к комоду, где в нижнем ящике была припрятана бутылка вина. — Напьемся и в клуб. Мне прям надо.

— Хорошо. Только я Деме позвоню. Мы собирались в кино.