Книга Дважды два (не) равно четыре, страница 46 – Катя Хеппи

— Ну, не бегай, Зверюга. Только в офис отвези и вали на все четыре стороны.

Знаю, что не уйдет. Да и сама не смогу без него. Так из стервозности гоню. Замуж не соглашаюсь, потому что не хочу зависеть ни от кого. Хочу найти себя, почувствовать себя особенной для него.

Я знаю, что он меня любит. Поняла это в больнице.

И я его люблю. Втрескалась, когда он впервые поцеловал и свои шершавые ладони мне под кофту засунул. Тогда мое тело, сердце, разум ему подчинились.

Он замкнутый. Грубиян, сноб и потребитель. А мне, как и любой девочке, хочется романтичного принца. Вот и держу его на расстоянии. Хочу дождаться от него красивого признания в любви, букета белых роз, трепетных объятий. Только походу не способен мой Зверюга на такое. Его максимум «маленькая» и «будешь Громовой».

— И что ты без меня делать будешь? Я ж тебе нужен весь…

— Еще чего, Зверюга. Я сама справлюсь… — фыркаю, продолжая собираться.

— Стерва ты, Царёва! — встает с кровати и подходит ко мне. — Вот ночью, когда ко мне прижимаешься и молча спишь, ты мне больше нравишься. А как только утро наступает, и ты рот открываешь…

Притягивает к себе и нежно кусает верхнюю губу. А потом спускается легкими укусами к шее.

— Так, Зверюга, не трать мое время… — отпихиваю от себя этого великана. — Я ж тебе сказала, что спешу…

— Твоему начальнику я уже отправил сообщение, что ты не приедешь. Дедушку Ветров встретит. А до регистрации нашего брака еще целых четыре часа…

Фух!

Это петарда взорвалась в моем мозгу.

А когда Громов приподнял мою правую руку, на безымянном пальце которой красовалось кольцо, в сердце разлетелся миллионом искр разноцветный фейерверк.

— Это ты когда успел? — спрашиваю, разглядывая кольцо.

— Я ж тебе уже сказал. Когда ты спишь, ты мне больше нравишься.

И снова с меня летит офисная блузка и прозрачный кружевной лиф, который я вчера специально для Зверюги прикупила на премию.

— А если я не соглашусь? — издеваюсь.

— Насть, хватит меня уже мариновать. Я тебе уже раз сто в любви признавался. Раз двадцать замуж звал. А ты всё меня игнорируешь.

— Когда это? Я, наверно, спала, когда ты всё это делал… — искренне удивляюсь я. — Потому что я этого так жду, что точно пропустить не могла.

— Вот так, Насть! — говорит и целует. — Царёва, я только двух девушек за всю жизнь целовал. Тебя и Асю. И то, Ася — это опыт, чтобы перед тобой не опозориться. Я люблю тебя, маленькая. И хочу, чтобы ты стала Громовой. Согласия твоего не спрашиваю, потому что нет у тебя других вариантов. Моя. Да и гости уже собрались. Мама моя приехала. Дедушка твой прилетел. Дядя Саша тоже приехал. Друзья и подруги тоже все в сборе. Ресторан заказан…

— Зверюга!

— Насть, если ты во мне сомневаешься, ты только скажи, что мне сделать и я сделаю. Обещаю… Только давай без тайн. Ты для меня всё, и я умру без тебя.

— Поцелуй. Поцелуя будет достаточно…

* * *

В тот день мы поженились. Анастасия Эдуардовна Царёва стала Настей Громовой. Самой счастливой девушкой во всей Вселенной. Потому что рядом со мной он. Мой любимый Зверюга. И да, я его сейчас только так называю. Ему нравится.

Сейчас у меня большая настоящая семья.

Через год после свадьбы у нас родился сын. Мы его назвали в честь крестного Никитой. Зорин и Ася — крестные родители нашего малыша. Мама Стаса вышла замуж за моего бывшего охранника дядю Сашу. Теперь у нашего сына есть бабушка и дедушка. Мы их очень ЛЮБИМ и обязательно подарим им еще внуков. Троих, не меньше. Потому что мне нужна большая семья.

С моей родной мамой я пробовала помириться. Но она лишь вышла за ворота нашего старого особняка, заглянула в люльку Никитки и ушла. Она мне не простила, что потеряла статус жены мэра. Эдуард Царёв пережил несколько прокурорских проверок, которые ему устроил Ильин старший, и уехал за границу. Не знаю, чем его припугнули, но он больше ни разу не появлялся в моей жизни. А возможно, просто дедушка-волк запретил ему. Дедушка с радостью принял Стаса. На нашу свадьбу подарил жениху автомастерскую, которая сейчас разрослась до нескольких филиалов. Но не поверите, владелец нескольких автомастерских и крупного автосалона Станислав Юрьевич Громов до сих пор ездит на своей старенькой ауди.

— Эта машина — напоминание о наших ежедневных поездках в университет и о том, что я чуть не потерял самое дорогое в жизнь. Тебя, Насть.

Кто бы мог подумать, что мой Зверюга такой романтичный и сентиментальный. Люблю его и безумно благодарна за семью, которую я обрела рядом с ним.

Больше книг на сайте —Knigoed.net