Книга Эффект дикого зверя, страница 115 – Лэйн Аконит

Они останавливаются, тяжело дыша, и в один момент отступают, делая шаг назад.

— Ты не героиня, и я не герой. Нельзя спасти всех, — пытаясь отдышаться, произносит он ответ на собственный вопрос.

Ада поднимает голову вверх, вздыхая, и устало оседает на песок.

— Сколько можно идти на жертвы ради других?

Ада горько усмехается.

— Спроси у себя.

Ее лицо болит от ссадин, на нем уже расцветают синяки и алеют кровоподтеки. Ада чувствует вкус крови и касается опухшей губы.

— Ты мне губу разбил, урод, — произносит она без какой-либо ненависти.

— Ты мне локтем в глаз зарядила, — парирует Сокол. Его полуприкрытый глаз слезится и, кажется, он будет какое-то время плохо видеть.

— Ты хотел меня убить.

— Не убил же.

— Ну спасибо.

— Обращайся, я сегодня добрый, — отвечает он с ухмылкой и поднимается с места, немного прихрамывая. Ада зарядила ему в ногу.

— Лучше оставайся как раньше недовольным, очередного избиения я не переживу.

— Заметано, принцесса.

Он подаёт ей руку, помогая встать, и они возвращаются в лагерь. Эмоции участников невозможно выразить словами, когда они видят их избитых. Волк вскакивает, сверкая глазами, Лебедь изумленно присвистывает, забыв от потрясения все шутки, Зайка с ужасом расширяет глаза, а Змея подскакивает.

Ада выставляет вперёд руку, останавливая Волка.

— Погоди, это не то, как выглядит, — оправдание звучит похоже на те, что говорят при изменах, и девушка мысленно усмехается.

— Угомонись, принц, в порядке твоя принцесса.

— Мы просто, — Ада запинается. Просто что? Решили избить друг друга.

— Упали! — вклинивается Лебедь, уже отошедший от шока.

— И, судя по всему, друг на друга? — поднимает брови Волк, с холодом и неприязнью косясь в сторону Сокола.

— Фу, двусмысленно звучит, — кривится мужчина и нерасторопно проходит к костру. Волк переводит пронзительный взгляд на Аду, но ничего не говорит.

— Ну, чего так смотришь, Змея, как на врага? А-а-а, точно, я же убийца, — забавляется он.

— Зайка уже рассказала правду, пока вас не было. Но это нужно было сделать раньше! О чем вы думали? — её голос пропитан обвинениями.

— Они не виноваты, это я испугалась… — шепчет побледневшая Зайка. Возможно, она винит себя в смерти Рыси, ведь признайся она в убийстве Медведя, может, все было бы иначе. Она бы рассказала, что клинок не её рук дело, и они бы уличили Льва. Но что толку думать о том, чего не произошло?

— Ладно, — выдыхает Змея. — Сейчас не время, но… — она поворачивается к Соколу. — Это не значит, что я хорошо к тебе отношусь.

— Переживу.

— Не знаю, что у вас там произошло, но постарайтесь больше друг друга не калечить. У нас больше нет Барана и, соответственно, аптечки.

— Хорошо, мамочка, — язвит он, подняв перед собой ладони.

— Ну скажите мне, что произошло, ну мне же интересно! — хнычет Лебедь.

— Ой, так просто не расскажешь… — качает головой Ада, насмехаясь. — На Сокола напал дикий зверь и мне пришлось защищать его голыми руками.

— Ага, зверь был о-о-очень дикий. Самая настоящая горилла.

— Да ну вас! — обиженно бурчит Лебедь, пиная песок.

К девушке приближается Волк, касается её подбородка, осматривая повреждения со всех сторон, его движения как всегда мягкие, но резкие, она прекрасно видит, что он злится.

— Жить буду? — пытается разбавить атмосферу Ада, но под острым взглядом замолкает.