Книга Запретная близость, страница 89 – Айя Субботина

Сола стоит у дальнего стола, спиной ко мне, и сосредоточенно разглядывает схему на мультимедийном экране. Вертит в руках стилус, делая пометки в планшете — картинка на экране меняется в режиме онлайн. Я задерживаю взгляд на ее фигурке — свободной рубашке с закатанными рукавами, широких брюках в пол, собранных какой-то странной заколкой каштановых волосах. Сегодня они у нее гладкие и блестящие, без строптивых волн. Я сжимаю и разжимаю пальцы, предвкушая, как сожму их в кулаке.

Моя девочка еще не в курсе, что я здесь — инстинкты самосохранения у нее работает так себе, и это еще раз убеждает меня в том, что взять этого воробья под свое крыло было на двести процентов правильной идеей.

Сола откидывает голову набок, проводит ладонью по шее, как будто разгоняет кровь в затекших мышцах. А я помню, что на вкус ее кожа под ухом — как те ебучие белые конфеты в кокосовой стружке.

— Не запираешься? — стараюсь говорить спокойно, чтобы не напугать. — Или кого-то ждешь?

Сола вздрагивает и резко оборачивается. Роняет стилус.

В янтарных глазах вспыхивает испуг, который тут же сменяется облегчением, а потом — настороженностью.

— Руслан... — Произносит мое имя — и тут же поджимает губы. — Что-то случилось? Не помню, чтобы я тебя приглашала.

— А я сам пришел, у меня ключ подошел, — цитирую старый новогодний фильм, захожу, поднимаю стилус и несу его ей как предложение капитулировать и больше не нести хуйню. — Не дождался новых голых фоток, решил приехать и посмотреть вживую.

Сола вспыхивает моментально — стыд заливает щеки и шею. Открывает рот, чтобы огрызнуться, но я не даю ей шанса. Я приехал сюда по делу. Пока что.

Бросаю папку на стол поверх ее чертежей.

— Подпиши.

— Что это? — Она не запирается в восемь вечера в студии, но на документы смотрит с опаской.

Как устроена эта хорошенькая голова — вопрос риторический, но меня возбуждает даже эта нелогичность.

— Твоя страховка. Договор о том, что это помещение входит в активы холдинга. Теперь, если у кого-то возникнут вопросы к твоей собственности, им придется задать их мне.

Из ее груди раздается тихий звук, похожий на шум сдувающегося шарика. За мгновение до того, как она отворачивается, чтобы уткнуться носом в договор, успеваю заметить облегчение во взгляде.

Ну вот и ладушки.

Страницы она листает явно не вчитываясь, хотя дурой, которая не понимает, что подписывает, точно не выглядит. Просто доверяет — и заодно еще разок дергает мои нервы, на этот раз неосознанно. Есть у меня маленький «пунктик» — люблю, когда женщина не покушается на мое святое мужицкое право решать вопросы ее безопасности и комфорта.

— Ты не мог бы… — Сола проходится по мне взглядом.

— Что? — Врубаю дурачка и делаю вид, что не понимаю, что ее смущает моя слишком близко стоящая туша.

— Ты нарушаешь мои личные границы, — хмурится.

— Еще нет, но… — бросаю взгляд на часы, усмехаюсь, — … планирую минут через пять.

— Дурак. — Сола краснеет и все-таки отходит. Недалеко — на пару шагов.

Заправляет за ухо выпавшую прядь и пытается сосредоточиться на чтении.

Я упираюсь бедрами в стол, скрещиваю руки на груди и жду. Не стесняясь, разглядываю ее с ног до головы. С рубашкой понятно — на ней пуговицы прям на виду, а как эти чертовы брюки снимаются-то? Не вижу ни молнии, ни пуговицы.