Книга Запретная близость, страница 82 – Айя Субботина

— Что-то срочное? — Сергей успевает заметить телефон в моей руке, садится рядом, пока его мать заново кипятит чайник.

— Это… работа, — откашливаюсь, чтобы спрятать панику в голосе.

— В субботу? — тут же вклинивается свекровь. — Сергей, твоя жена замужем за работой, а не за тобой. Немудрено, что…

— Мам, ну хватит.

На меня Сергей смотрит с мольбой: «Не отвечай, пожалуйста, не отвечай, помолчи…»

Я молчу. Глотаю этот яд. Снова.

Жду, пока свекровь триумфально расправит плечи — и снова заберет внимание Сергея, на этот раз, кажется, обсуждением нового забора на участке.

Я не слушаю — мне плевать.

Я ловлю момент, чтобы заглянуть в телефон. Под носом у мужа, ему достаточно будет просто чуть-чуть отклониться назад, чтобы увидеть переписку.

Но Руслан меня заражает своей смелостью на грани отсутствия тормозов.

Он меня много чем заражает — деструктивным, разрушающим мою жизнь.

+… … 9892: Он рядом? Говорить можешь?

Решив, что упасть ниже дна уже невозможно — отвечаю. Сейчас, когда мой муж сидит так близко, что я бедром ощущаю тепло его тела.

Я: Рядом. Не могу.

+… … 9892: Буду возле школы через 5 минут. Забрать?

Я: Нет!

Я кошусь на Сергея, чувствуя себя чуть ли не агентом британской разведки в глубоком тылу врага. И аккуратно, стараясь не привлекать внимания, отодвигаюсь. Теперь, если Сергею захочется до меня дотронуться, ему придется тянуть руку. После того, как мы с Ириной Витальевной побили горшки, он не рискнет делать это у нее на глазах — за десять лет я знаю его, как облупленного, каждую повадку.

Странно только, что невыносимо раздражающими они начали становиться только в последнее время.

+… … 9892: Да блядь!

Я знаю, что должна его осадить — резко, раз и навсегда.

Рубануть с плеча.

Но когда на одну секунду — крохотную секундочку — представляю, что ничего этого больше не будет… чувствую боль. Настолько жесткую, что снова убираю телефон, на этот раз обещая себе не притрагиваться к нему до самого дома, а потом встаю из-за стола, чтобы попить. Слава богу, у свекрови кулер и я пью сразу много и жадно.

Обратно не возвращаюсь. Смотрю на гору грязной посуды в раковине и хватаюсь за этот непочатый край работы, как за спасательный круг. Намываю, натираю, а перед глазами — картинки взгляда Руслана. Тогда, в зеркале.

Как он на мгновение прикрыл глаза, когда кончал.

Как вбивался в меня с влажными шлепками.

Как я потом вернулась за стол без белья, и мы смотрели друг на друга как два преступника, потому что он был единственным человеком в зале, который знал, что у меня между ног липко от его спермы.

Посуда скрипит от чистоты, но я все равно продолжаю натирать.

И плевать на триумфальный взгляд свекрови в спину — она точно записала эту победу на свой счет. Думает, что в очередной раз прогнула невестку.

— Соломия? — Голос свекрови неожиданно звучит уже не язвительно, а подозрительно. — Ты позеленела как будто. Тошнит? Да неужели?

— Душно, — выдыхаю я, ставя в сушилку последнюю абсолютно сухую тарелку. — Мне нужно в ванну, на минуту.

Я выхожу из кухни, чувствуя на себе их взгляды: Сергея — обеспокоенный, Ирины Витальевны — подозрительный.

Иду по коридору, но спрятаться не успеваю.

— Сола, стой.

Муж настигает меня буквально у самой двери в ванную.

Я замираю, сжав пальцы на холодной ручке — до спасения не хватило буквально шага и одного щелчка замка, отделившего бы меня от этого душного семейного склепа.