Книга Фиктивный брак, огурцы и две полоски, страница 30 – Елена Валерьева

— Алекс! — прошептала я. — Ты правда его купил?

— Правда, — он улыбнулся. — Как и обещал. Теперь у нас полный комплект: муж-олигарх, беременная жена-истеричка, пасынок-сорванец, брат-психопат, его воскресшая невеста и хомяк. Идеальная семья.

Я засмеялась, прижимая хомячка к щеке. Он был тёплый и смешной. И в этот момент я поняла, что счастлива. По-настоящему. Несмотря на усталость, токсикоз и организацию дурацкой свадьбы. Потому что у меня был он. Мой Алекс. И наша безумная, но такая любимая семья.

— Я люблю тебя, — сказала я, глядя ему в глаза. — Даже если ты притащил в дом грызуна, который будет жрать мои огурцы.

— Он не будет, — заверил меня Алекс. — У него своя еда. И своя клетка. И вообще, он будет жить в комнате Сени. Сеня о нём мечтал.

— Тогда ладно, — я зевнула. — Пусть живёт. А теперь иди сюда. Я хочу спать в обнимку с тобой и с хомяком.

Алекс лёг рядом, осторожно обнял меня и мой огромный живот. Хомячок устроился у меня на груди и тут же уснул. Я закрыла глаза и провалилась в сон. В сон, где не было свадеб, организаторов и капризных невест. Только мы. И тихое, уютное счастье.

Я стоял перед зеркалом в гостевой спальне и пытался завязать галстук. Руки дрожали. Я, Гордей Сарматов, человек, который не боялся ни бога, ни чёрта, ни конкурентов с пистолетами, боялся завтрашнего дня. Я боялся жениться. Нет, я любил Ассоль. Любил до умопомрачения. Но сама мысль о том, что завтра я стану мужем, (официально, с документами) и главой собственной семьи, вгоняла меня в ступор.

— Ну что, брат, мандражируешь? — в комнату вошёл Алекс. Он выглядел до отвращения счастливым и спокойным. Ему-то хорошо. У него уже есть жена, ребёнок в животе и хомяк в придачу.

— Заткнись, — буркнул я, дёргая галстук. — Просто эта чёртова удавка не завязывается.

— Дай сюда, — Алекс подошёл и ловко завязал мне идеальный виндзорский узел. — Вот. Как новенький. Слушай, Гордей. Я понимаю, что ты чувствуешь.

— Ни черта ты не понимаешь, — огрызнулся я. — Ты женился на Ульяне по контракту. У тебя не было этого… этого предсвадебного мандража. Ты просто поставил подпись и всё.

— Зато потом у меня было предостаточно поводов для мандража, — усмехнулся Алекс. — Поверь, настоящая жизнь начинается после свадьбы. И это не страшно. Это… круто. Когда ты просыпаешься утром, а рядом — твоя женщина. Когда ты знаешь, что есть кто-то, кто ждёт тебя дома. Кто будет пилить тебя за разбросанные носки и варить тебе борщ. Это и есть счастье, брат.

— У Ассоль нет борща, — хмыкнул я. — Она вообще готовить не умеет. Говорит, что её удел — быть музой, а не кухаркой.

— Ну, будете заказывать еду в ресторанах, — пожал плечами Алекс. — Или Ульяна тебя подкармливать будет. Она у нас мастерица.

— Твоя Ульяна меня сожрёт раньше, чем накормит, — проворчал я. — Она мне чеснок в тапки засунула.

— Это да, — засмеялся Алекс. — Она злопамятная. Но ты ей нравишься. Она говорит, что ты — единственный адекватный человек в нашей семье. Кроме неё, конечно.

— Польщён, — я улыбнулся.

Мы помолчали. Я смотрел в зеркало на нас двоих. Два брата-близнеца. Такие одинаковые внешне и такие разные внутри. Но мы всегда были вместе. И завтра один из нас сделает шаг в новую жизнь.

— Гордей, — серьёзно сказал Алекс. — Я рад за тебя. Правда. Ассоль — хорошая женщина. И она любит тебя. Я вижу. Не бойся. У вас всё получится.