Книга Сделка, страница 182 – Лисса Джонс

Василиса, черт возьми, просто умопомрачительна в черном.

— Требований много, да. По идее, план верный, но… Я вчера весь вечер пыталась понять хоть что-то, сидела до утра, и там, кажется, на первом этаже, где административный блок… там какая-то лишняя… штука… Дверь или окно. И почему-то три комнаты, где прачечные, хотя их две! – Забавно машет руками, пытаясь словами описать чертеж. И вдруг резко останавливается.

— Прости, пожалуйста! Это была плохая идея с твоей помощью. Лучше найду исполнителя за деньги. – Василиса сводит руки за спиной и остается стоять в ожидании ответа.

Она ведь всерьез думает, что я так легко сдамся. Кажется, не вполне понимает, насколько сильно уже покорен и ею, и шато.

Идея приходит в голову моментально. Работы совсем скоро будет не так много, как думает Василиса, – и я обязательно расскажу о будущем этой чертовой галереи.

Широко улыбнувшись, выпрямляюсь.

— Лучше, если я сам побываю в шато. – Положив руку на ее коленку, мягко заставляю сделать шаг вперед и встать между моих расставленных ног. – Но, если хочешь, так и быть, можешь оплатить мне работу.

— Ты… серьезно?

— На счет денег – конечно нет. А вот на счет поездки – да. Во-первых, нужно привести в порядок сам план. Во-вторых, нужно видеть реальную картину: состояние стен, полов, да вообще здания. Может, слетаем на этих выходных? Если я не увижу все сейчас, то потом будем в режиме горящей задницы вносить херову гору правок.

— Я… Я еще…

— Ничего отцу не говорила.

— Просто… – Она запускает пальцы в мои волосы и на секунду снова замолкает, видимо, подбирая верные слова. – Все так быстро происходит… А папа – очень приземленный человек. Весьма скептично относится к… Я даже не знаю, как это описать.

— К тому, чего не понимает?

— Да. Он начнет задавать вопросы, обязательно объединит в голове твои ипостаси художника, строителя и бизнесмена, а в итоге решит, что ты просто аферист. Это старомодно и немного глупо, но он правда… – Василиса тяжело вздыхает.

— Совсем не ждет, что его любимая дочка приведёт домой мужика-афериста, который старше почти на восемь лет. – На семь с половиной, вообще-то, но в целом я понимаю, о чем она.

Руки ныряют под платье, и снова ладони накрывают мягкие ягодицы. Только сейчас Вася не разделяет моего игривого настроя.

— И это тоже. – Задумчиво гладит тыльную сторону моей шеи, пробирается под воротник рубашки, пока подбирает слова. – Не хочу, чтобы вы… чтобы ты слушал его, если вдруг… Я не разделяю некоторые его суждения.

— Василиса. Мне не семнадцать, не двадцать и даже не двадцать пять. Знакомство с твоим отцом меня не пугает. Уверен, я найду способ с ним поладить. В конце концов, я даже могу его понять. И знаю, что хочу сказать при встрече.

— Поделишься? – Обняв за шею, Василиса смущенно кусает губы.

Хмыкаю, сначала собираясь пошутить или съязвить, но вдруг сам себя останавливаю. Поднимаю голову.

Смотрю на нее.

Я не могу сказать «Люблю тебя».

Но слова сами рождаются в сердце.

— Я скажу, что встретил девушку, которая не выходит у меня из головы с самого знакомства. Что старался держаться от нее подальше, не желая ей такого, как я, но ничего не вышло, потому что она затмила собой все воспоминания, мысли и планы на будущее. За пару недель ей удалось то, что я не мог сделать пять лет: она буквально заставила жить настоящим. Не прошлым, не будущим, а сегодняшним днем. И если она сама захочет, если даст шанс, то я буду с ней столько, сколько это возможно. И что эта неповторимая девушка – его дочь.