Книга Афера, страница 115 – Кристина Лин

— А потом я пришла к тебе домой, чтобы сказать, что никуда от тебя не уеду. И что я увидела? Как ты развлекаешься с какой-то девицей в спальне!?! Вы не видели меня, а я стояла за дверью и все видела и слышала. Ненавижу тебя! — Прокричала девушка в сторону Гордеева. — Ненавижу, — уже тихо.

Все, что она говорила, было пронизано злостью и ненавистью. Так ненавидит обиженная женщина, уязвленная в самое сердце. И, как бы ужасно не звучал ее рассказ, все сказанное было слишком похоже на Гордеева, чтобы не верить ей.

— Я проплакала всю ночь и весь день. Но ты даже не позвонил спросить, куда я пропала и где я. Тебе, как обычно, было наплевать. Наш признанный гений и мечта всех девушек института! Конечно, ты не мог оценить моей любви и преданности.

Ирина замолчала, переводя дыхание. А Гордеев поднялся с пола и встал перед ней, будто, не замечая обращенного на него дула пистолета. Он вообще выглядел до странного спокойным и уверенным в себе. Как всегда, впрочем.

— Зачем был этот спектакль с убийством, Ира? — спросил Гордеев спокойно.

— Зачем?! — хмыкает девушка в ответ. — Знал бы ты, какое удовольствие я получила, наблюдая твои метания! Еще бы! Наш гений просчитался и не смог совладать с собой. Каково это? Знать, что не все в твоих руках? Не на все ты можешь повлиять? И что, есть то, что тебе не дано исправить?!

— А ты? — спрашивает Гордеев у Власова, — что в итоге получил ты?

Власов только крепче прижал к себе девушку.

— То, что всегда хотел, — отвечает Власов. — Правда, любимая? — И он поцеловал Ирину в щеку, а потом потерся щекой о ее щеку.

— Не ожидал от вас, — прошептал Гордеев хрипло.

Как же нужно было ненавидеть, чтобы организовать спектакль с убийством и мучить человека ложным чувством вины? И где все это время была Ирина? В этом доме? В памяти пронеслись те дни, которые я провела здесь. Еще удивлялась, что Власов так быстро ко мне охладел. А он просто был не один. Все это время Ирина была рядом.

— Ладно, вы отомстили мне. Молодцы! — говорит Гордеев. — Теперь мы в расчете.

Ирина расхохоталась так громко и резко, что даже Гордеев слегка опешил.

— Ну, нет, так легко ты не отделаешься, — прошипела девушка, как только смогла совладать с эмоциями. А потом она повернулась ко мне, будто внезапно вспомнив о моем существовании. — Сначала ты увидишь, как она умирает.

А вот это мне совсем не нравится. Ладно, вы тут сводите свои счеты. Но я-то причем?

— Стойте, — вырвалось у меня. — За что?

— К тебе никаких претензий, — отвечает Ирина. — Просто хочу, чтобы он, — девушка кивнула в сторону Гордеева, — это увидел. Смерть любимой будет на твоей совести, Гордеев.

— Нет! — кричит Гордеев, делая шаг в мою сторону, желая защитить.

— Стоять! — тут же реагирует Ирина, поворачивая дуло пистолета в его сторону. — Назад!

Как мне спастись? Увернуться от пули с такого близкого расстояния почти невозможно. И, даже, если мне это удастся, за первым выстрелом последует второй, а затем и третий. Девушка явно не в себе, она ничего не боится и готова на все. И Власов ей во всем потакает. Он будто очарован ею и готов позволить что угодно. Все ради больного счастья любимой. Патологическая ненависть к Гордееву, взращенная годами противостояния и соперничества, застилает глаза и туманит его разум. И мне не спастись на этот раз, даже при всех моих навыках и умениях.