Книга Одно Рождество в Париже, страница 57 – Менди Беггот

— В таком случае…

Ава вновь наклонилась вперед.

— Да — да?

— Мне нравится Coldplay.

Ава кивнула и сжала свою бутылку пива. Ее желудок слегка закрутило, пока она переваривала информацию. Он сначала назвал какие-то французские фильмы, о которых она ничего не слышала, но затем упомянул Людей Икс … и шоколадные хлопья… а теперь Coldplay. Если бы все было по — настоящему, если бы она искала отношения, у них была бы идеальная совместимость. И глаза с каждой секундой становились все больше похожи на шоколадки Cadbury 's. Наверное, не стоило заказывать третье пиво. Она поставила свою бутылку на стол.

— Что-то не так с Coldplay? — спросил Жюльен.

Она покачала головой.

— Нет, конечно. Крис Мартин — гений.

— Ты фанатка?

— Возможно, у меня добавлены все их песни в Spotify, — признала она. Он улыбнулся.

— Что насчет твоего любимого фильма?

— Заложница, конечно же. За ним сразу же следует Заложница 2.

— А, фильм, действие которого происходит в Париже, — отметил Жюльен.

— Первый раз я его посмотрела в самолете, когда летела в Нью — Йорк с мамой. Ее он напугал до смерти. Она звонила консьержу отеля каждый раз, когда видела кого-то, по ее мнению, похожего на похитителя.

— Я бы познакомился с твоей мамой, — посмеялся он.

Ава потрясла головой.

— Нет, не стоит, — она набрала воздух в легкие.

— Если тебе нравилось рисовать в школе, почему ты дальше не стала это развивать?

Она вздохнула.

— Я же тебе говорила. Я не смела допускать даже мысли о том, что могла бы заниматься чем-то подобным. У моей матери были другие планы, и я делала все, что могла, чтобы облегчить себе жизнь. Когда они с отцом постоянно ссорились, все, что я хотела, это чтобы все было… менее удручающе.

— А сейчас? У тебя есть время принимать собственные решения.

Она кивнула.

— Вот только сейчас, когда у меня есть выбор, все кажется подавляющим. В плане, с чего же мне начать? — она оглянулась, осматривая выпивающих, смеющихся людей, занимающихся своими делами, ищущих любовь, у которых, казалось, все было под контролем.

— Требуется лишь один первый мазок кистью, — мягко сказал Жюльен. — Как с Мона Лизой.

Ава кивнула и улыбнулась.

— Знаю. Но я люблю ручки. У меня даже есть любимый бренд! Я поклонница Bic. Я всегда рисовала их синими ручками, и ничем другим. Я рисовала своих друзей и учителей, когда мне нужно было готовиться к урокам… по вырубке лесов или… по Первой Мировой Войне… и у меня довольно хорошо получалось! — она вздохнула. — Но, когда я закончила школу, и даже получила высшую оценку по искусству, у моей мамы уже были запланированы задания на лето, и на этом все кончилось. Никаких больше ручек. Никаких рисунков. В чем был смысл?

Он улыбнулся.

— Смысл в том, что я верю — ты можешь быть тем, кем хочешь.

— Что насчет тебя, Жюльен? Нет искушения вернуться обратно в финансы?

— Нет, — ответил он. — Я обнаружил много чего еще в фотографии, о чем не подозревал. Еще выпить?

— Только одно пиво, — ответила она и затем перешла на шепот. — Я бы на твоем месте держалась подальше от мужчины в красном бархате. Он выпил минимум пять бокалов вина, и последние двадцать минут пристально смотрит на тебя.

— Я рискну, — Жюльен встал с места.

Ава улыбнулась и проводила его взглядом до бара. Те симпатичные джинсы, которые на нем хорошо сидели с утра, все так же хорошо сидели и сейчас, как и его белая рубашка. Вне всяких сомнений, французы действительно лучше всех знали толк в стиле.