Книга Одно Рождество в Париже, страница 38 – Менди Беггот

— О, нет, не переживай. Со мной все будет в порядке.

— Ты знала, что тело теряет большую часть тепла из-за непокрытой головы в зимнее время?

— Теперь знаю, — ответила Ава.

— Возьми шапку, s 'il te plait, — он потряс головным убором перед ней, не оставляя ей выбора.

Ей пришлось взять шапку и натянуть на свои торчащие пряди, укрывая их и свою голову от непогоды.

— Я так понимаю, что место, куда мы направляемся, находится не в помещении.

Только потом Жюльен понял, что не думал на самом деле о том, куда они пойдут. Так это не работало. Обычно он весь день просто бродил без четкого плана, с камерой вокруг шеи.

— Куда бы ты хотела пойти? — спросил он Аву, когда они двинулись с места.

— Ну, в последний раз, когда я была в Париже, я посетила все места, которые рекомендовал Time Out для романтических выходных.

— А, ты хочешь вновь пережить эти моменты? — спросил Жюльен.

— Боже, нет! — воскликнула она.

— Ты хочешь не идти по этим местам?

— О нет, — Ава пнула половинку рождественской хлопушки.

— Тогда…?

— Я снова хочу побывать там, но не обременяя себя ожиданиями, — она резко вдохнула. — Просто смотреть по сторонам, не думая о том, что нужно делать, чтобы все были счастливы.

Ее слова прозвучали душераздирающе, что заставило его украдкой кинуть на нее взгляд. Она прикрыла глаза, шлепая по каше из снега своей неподходящей обувью и размахивая руками как ребенок, словно ее руки без перчаток поймали поток воздуха. Ему захотелось запечатлеть этот момент. Снять фотографию. Его пальцы инстинктивно потянулись к камере, и затем…

Она распахнула глаза и повернулась к нему.

— Прости, я опять тебя слишком нагрузила, — она засунула руки в карманы пальто. — Как и вчера. Честно говоря, я не всегда ненавижу всех в мире.

— Правда?

— Да. Только большинство людей в моем мире, — она улыбнулась. — Итак, давай отправимся в самое туристическое место, пока там нет толпы, и ты покажешь мне чудеса, которые ты творишь с этой камерой.

Он улыбнулся ей.

— Значит, мне можно заниматься магией? И никаких… как ты там говорила, принуждений?

— Да! — ответила Ава. — Никаких кроликов в шляпе, или…

— Больных детей и щенков?

— Точно.

— Кого я вообще-то никогда не использовал, — сказал Жюльен. — Это просто Дидье был… Дидье.

Ава остановилась и уперла руки в бока.

— Он гей?

— Кто? Дидье?

— Не то чтобы это имело значение… просто… ну, я знаю, Дебс вчера достаточно много выпила, но мне кажется, он ей немного понравился.

Жюльен улыбнулся и потряс головой.

— Нет. Дидье, возможно и эксцентричный, и немного сумасшедший, но точно не гей.

— У него есть девушка?

На этот вопрос он ответить не мог. Он уже давно не интересовался чьей-то жизнью, даже жизнью его лучшего друга.

— Думаю, что нет.

— Хорошо, — она снова начала идти. — А ты? Ты тоже одинок, как и я?

— Только я и моя камера, — Жюльен поднял ее вверх, в подтверждение своим словам.

— Bon. Потому что так лучше всего, понимаешь? — она засмеялась. — А теперь, где я могу достать камамбер в такое время суток?

Латинский квартал — Пантеон

Они вышли из метро на станции Мобер-Мютюалите, и Жюльен нашел закусочную, где Ава смогла утолить свою жажду французского сыра. Проходя вдоль площади Мобер, где торговцы только начали расставлять свои палатки, Ава с наслаждением ела превосходный тягучий камамбер, напичканный чесноком и усыпанный свежим розмарином. Ничего похожего она ранее не пробовала. С блестящими от оливкового масла губами и с полным животом, вместе с Жюльеном она шла по улице Валетт к Пантеону.