Книга Одно Рождество в Париже, страница 118 – Менди Беггот

— Мадонна, о чем ты ее попросила?

— О том, чтобы она воспользовалась всеми своими контактами, чтобы привлечь людей на твою выставку, — объявила Ава. — Ей только нужна дата, время и остальная информация, и Жюльен, если я и знаю что-то о контактах мамы, это то, что он включает в себя некоторых очень, очень богатых людей, которые захотят купить твои фотографии ради благого дела.

У него не осталось слов. Он действительно не знал, что ответить. Никто никогда не делал для него чего-то подобного.

— Боже, ты злишься? Я переборщила? Прости, я могу позвонить ей и сказать, что…

Он заставил ее замолчать поцелуем. Ее губы были теплыми, в то время как снежные хлопья охлаждали все вокруг них. Он коснулся ладонью ее щеки. Моргнув, она посмотрела на него.

— Я не знаю, что сказать, — наконец произнес он.

— Я правильно поступила? — спросила она.

— Ты не уверена? Мне снова тебя поцеловать?

Она рассмеялась.

— Думаю, я этого захочу в любом случае.

Он вновь приблизился к ней, но в этот раз она остановила его, положив руку ему на грудь.

— Но сначала, думаю, придется что-то решить с площадкой, — сказала она. — Потому что если над делом работает Рода Девлин, нужно думать о числе гостей, ближе к высокой трехзначной цифре.

— Серьезно? — спросил Жюльен.

— Серьезно.

— Тогда мне нужно сделать больше фотографий, — он вновь поцеловал ее губы, затем чуть отодвинулся, наблюдая за выражением ее лица. — Есть кое-что еще.

— Дидье переезжает к тебе? — спросила она. — Это просто надежда.

Он покачал головой.

— Нет… мои родители пригласили меня на ужин сегодня вечером, и я очень хочу, чтобы ты тоже пришла.

— Оу, — сказала Ава.

Он заметил, как она сглотнула, и вновь потянулся к ее рукам.

— Ты не обязана, если считаешь, что это будет… неуместно. Я просто подумал…

— Они будут задавать мне миллион сложных вопросов про историю Франции, евро, или что-то, связанное с оперой? — уточнила Ава. Жюльен засмеялся.

— Надеюсь, нет, или я не продержусь дальше первого блюда.

— Будет больше одного блюда?

— Моя мачеха готовит великолепные клафути.

— Понятия не имею, что это, но звучит вкусно.

— Так ты придешь? — спросил ее Жюльен. Она кивнула.

— Приду, — она потянула его за руку, шагая по дорожке. — Теперь обращайся со мной как с королевой и достань мне следующую порцию кофеина.

Он улыбнулся ей.

— Отлично, Мадонна. Значит, идем в кафе.

А затем она перестала улыбаться, и она побелела, вглядываясь куда-то в глубину парка.

— Ава? — спросил он. — Что-то не так?

— Этот мужчина…, — слабо и неуверенно произнесла она, возможно, даже со страхом. — Тот мужчина.

Она подняла руку, чтобы указать на него. Он посмотрел в том направлении и увидел высокого мужчину с портфелем в темно-синем зимнем пальто. Он перевел взгляд обратно на Аву, и она сглотнула.

— Это отчим Дебс, — сказала она. — Это Гэри.

Ава не могла в это поверить. Он правда был в Париже. Те молчаливые звонки, Скайп, упоминание его имени в бутике, письмо на почте Франсин. Все то, что она списывала на что-то другое, что могла не так расслышать, что могло быть связано с работой, и вот теперь, когда Гэри должен быть в Тулузе, он был в Париже.

— Может, нам что-то предпринять? — спросил ее Жюльен.

Она не могла говорить, лишь наблюдала за Гэри, как он идет по парку к фонтанам впереди них, как будто больше его ничего не волновало.