Книга Переводчица для Босса, страница 72 – Никки Зима

Я сначала переливаю его в кастрюльку, потом переливаю в другой, более презентабельный контейнер.

Супчик, всё-таки, предназначен для миллиардера.

И вот я стою у его двери. Звоню. Понимаю, что не заготовила никакой речи.

Так. Надо сказать, что случайно узнала, что Света приносила документы на подпись.

И Свете показалось, что Мирону Максимовичу не помешал бы супчик.

Ну а так, как я всё равно варила для себя, то решила поделиться с больным начальником, по-соседски.

Сердце колотится так, что, кажется, его слышно в соседних квартирах.

Что я здесь делаю? Он отправит меня в баню вместе с этим супом! Или, что ещё хуже, высмеет.

Я уже собираюсь оставить контейнер на коврике у двери и сбежать, как дверь внезапно открывается.

На пороге стоит он. Вернее, бледная, растрёпанная тень Сухорукова.

В помятом халате, с мокрыми от пота волосами, прилипшими ко лбу.

Он смотрит на меня такими глазами, будто я только что заставила его подняться из преисподней.

— Каренина, привет. Вам чего? — его голос скрипуч, как ржавая петля.

Я протягиваю контейнер, хочу как-то объяснить, но в голову ничего не приходит.

— Документы! — выпаливаю я.

— Что документы?

— Света вчера привозила документы, а я привезла суп! Я вобщем-то тут случайно.

Я нервничаю ужасно.

Он явно не очень догоняет смысла сказанного.

— Не совсем понял, при чём тут Света?

— Ну как при чём? Она сказала, что не отказалась бы от вкусного супчика… По-соседски!

Блин, я всё напутала! Как же мне неудобно.

Он медленно переводит взгляд с моего лица на контейнер, потом обратно.

В его лихорадочном взгляде проскальзывает тень того самого, привычного сарказма.

— Документы с супом? — хрипит он, — что ж, оригинально.

— Нет! То есть да! То есть… — я чувствую, как пылают щёки, — суп это вам! Берите, пока не остыл. И… выздоравливайте.

Я сую контейнер ему в руки.

— Зайдёте? — он отступает в сторону, как бы пропуская меня в свою берлогу, — по-соседски?

— Нет! Что вы! У меня куча работы! И мне нам на работе тоже нужны! То есть не мне, а нам, а… нашей фирме и коллективу!

Боже, я несу полную чушь.

Он молча берёт контейнер. Его пальцы касаются моих, и они обжигающе горячие.

— Спасибо, — бормочет он неожиданно и тут же добавляет, — за суп и заботу.

— Не за что, ещё раз выздоравливайте!

Я лихо разворачиваюсь на пятке и коронной походкой удаляюсь в сторону лифта.

Уж не знаю, что чувствует он. Но я собой жутко довольна.

Хоть и иду по пустому коридору с трясущимися коленками.

Но ощущаю себя дрессировщицей, которая только что добровольно вошла в клетку, накормила голодного тигра и вышла целой и невредимой.

И почему-то мне совсем не страшно. Совсем.

Уже в лифте меня накрывает смесь восторга, ярости и дикой неловкости.

Неужели это всё со мной происходит? Я кормлю миллиардера куриным супчиком? Обалдеть!

Весь вечер я хожу по квартире как неприкаянная. Пломбир смотрит на меня с немым укором: «Хозяйка, уж не сошла ли ты с ума?»

— Пломбир, думать надо головой! — сообщаю я коту, — любить — сердцем, а чувствовать — задницей. Главное при этом ничего не перепутать.

— Мяу, — многозначительно отвечает Пломбир.

— Спрашиваешь, что чувствует задница?

— Мррр, — подтверждает вопрос кот.

— Моя задница говорит, что мы с тобой на пороге больших приключений…