Книга Переводчица для Босса, страница 100 – Никки Зима

— Нет, Цой мой ученик, он попросил подтянуть его корейский, собирается сниматься в корейских дорамах.

— Туда ему и дорога!

Я улыбаюсь, мне хочется обнять Мирона.

— А про Алексея ты и так знаешь, мама дружит с его бабушкой, они неудачно пытались нас свести. Как видишь, их идея потерпела фиаско, но мы договорились сохранить приятельские отношения. Так что не ревнуй. Он нужен для дела.

— Звони. Только предупреди его, чтобы никому не болтал о цели визита.

Я улыбаюсь и вытягиваюсь по стойке смирно.

— Слушаюсь, босс!

Алексей приезжает через сорок минут. Всё в тех же очках, с тем же серьёзным видом и рюкзаком с надписью «берегите природу, мать вашу!»

Он молча выслушивает нашу историю, кивает и усаживается за компьютер.

— Интересная задача, — бормочет он, и его пальцы начинают порхать по клавиатуре с такой скоростью, что я боюсь, что она загорится.

Через пятнадцать минут он поворачивается к нам. На мониторе — чёткие записи.

Регина не просто подходит к компьютеру Алины. Она набирает её персональный пароль, заходит на её рабочий стол, подменяет файлы, а потом... о чудо!.. распечатывает неправильную версию и подкладывает в папку Алине прямо перед встречей!

— Вот, — говорит Алексей со скромной улыбкой гения, — документально подтверждённый саботаж. Можете вызывать охрану.

— Охрану?

— Ну или кого у вас там принято, головорезов с мачете, которые отрубят этой даме ту самую руку, проворачивавшую такие грязные делишки.

Мирон морщится.

Алексей явно пересмотрел боевиков про мафию.

Мирон смотрит на экран, потом на меня, потом на Алексея.

На его лице расцветает такая улыбка, что я понимаю — мы победили.

— Алексей, — говорит Мирон с уважением, — вы нас очень выручили. А можете просмотреть записи из кабинета Регины. Они тоже удалены.

Ещё через двадцать минут у нас ещё одна запись с разговором Кирилла и Регины, где они радостно потирают руки и обнимаются после провальной сделки с корейцами.

Кирилл забывает об осторожности и обещает Регине долю в новом предприятии с Бессребрениковым.

— Это всё, что я могу.

Алексей скромно опускает глаза. Потом что-то вспоминает.

— А нет, не всё! Постойте, — он поднимает палец вверх и извлекает из рюкзака банку пива «Балтика», — вот возьмите. Это алаверды, бабушке очень понравилось то шампанское с Вдовой Клико, и она наказала обязательно купить вам какой-нибудь алкоголь в ответ. Я не успел зайти в магазин, поэтому купил по дороге пиво.

Мирон принимает банку с таким уважением, будто ему вручили не пиво, а ключи от небесных врат.

— Спасибо, я тронут. Очень люблю «Балтику». Но это мы вам должны. Как я могу вас отблагодарить?

— Пустяки, я с друзей своей бабушки…

Тут он запинается, увидав мой насмешливый взгляд.

— И со своих друзей денег не беру.

— Лёша, вы не хотите поработать у нас сисадмином?

Алексей задумывается.

— Называйте любую зарплату.

— Мммм… Сисадмином и никаких мусорных полигонов?

— Никаких мусорных полигонов, — подтверждает Мирон.

— Я подумаю… Пожалуй, мне эта идея нравится, допишу диссертацию, а потом приду к вам, если место будет вакантным.

— Место вакантно для вас всегда, — отвечает Мирон.

Мы слышим звук сообщения банковского приложения. Алексей лезет в свой смартфон и хмурится.

— Кто-то ошибся и прислал мне крупную сумму… Ни хрена себе! Три мои зарплаты! Эх… Надо отправить обратно.