Книга Официантка для Босса, страница 90 – Никки Зима

В этот момент Ирина, до этого молча наблюдавшая, решительно подходит к Ольге.

— Хорошо, что раскаиваешься. Но сейчас мало просто извиниться. Ты расскажешь всё. Всё, что рассказала мне тогда, когда пришла просить о помощи. Я имею в виду Кирилла. Про его «условия» своей секретарше.

Ольга замирает, её глаза расширяются от ужаса. Она смотрит на Ирину, будто умоляя не заставлять её говорить.

— Я... я не могу... Он сотрёт меня в порошок...

— Не переживай, у него ещё стиралка не выросла! Он и так уже всё потерял, — холодно парирует Ирина. — И если ты не хочешь разделить его участь, говори.

Ольга опускает голову, снова разражается рыданиями, но на этот раз сквозь слёзы она выдавливает шёпотом:

— У него... у него была любовница. Он спал с секретаршей... из его же детективного агентства. Елена... Её зовут Елена. Она забеременела...

Ольга замолкает, собираясь с духом, потом сообщает свой компромат:

— А он... он заставил её сделать аборт. Потому что... потому что он уже был помолвлен с дочерью губернатора. Я так поняла, что по условиям получения наследства у претендента на наследство не должно быть никаких внебрачных связей и детей. Иначе хрен денежку получишь. Он сказал Елене, что если она родит, он её уничтожит. Ой, дура, я дура! Что натворила! Гадостей про вас наговорила.

Никита отдаёт ей свой платок.

В зале повисает гробовая тишина. Даже я, привыкшая уже к подлости Кирилла, не могу сдержать шока. Никита медленно откидывается на спинку стула, его лицо выражает ледяное презрение.

— Вот оно что, — тихо произносит он. — Помимо воровства и клеветы, ещё и это. Заставить женщину сделать аборт... чтобы не рисковать своим наследством. И ещё и обвинить потом в этом других. Это вполне в его стиле. Ладно, я с ним разберусь.

Ольга, выдав свою страшную тайну, кажется, совсем обессилела. Она сидит, сгорбившись, и тихо плачет.

— Я всё расскажу, — шепчет она. — Всем всё расскажу. Только... только простите меня.

Я, Ирина и Никита переглядываемся. В нашем взгляде — понимание.

Ольга — не главный враг. Она — ещё одна жертва в играх Кирилла.

Я не испытываю к ней злобы.

— Оля, я не знаю, как Волков, но я прощаю тебя. Всё плохое между нами в прошлом.

Ольга сжимает платок так, что костяшки пальцев белеют. Её взгляд полон отчаяния, когда она обращается к Никите:

— Я... я сначала хотела мести. Когда вы с Алиной появились вместе, я думала — как он мог променять меня на какую-то официантку! — её голос срывается, но она заставляет себя продолжать, — прости, я тогда не знала, что ты отличный юрист. И когда Кирилл предложил этот план... я обрадовалась. Хотела сделать вам так же больно. А выяснилось, что денег у него нет, он в карточных долгах, как в шелках.

Она переводит взгляд на меня, Ирину, Никиту, и слёзы снова начинают катиться по её щекам.

— Но потом... тот прямой эфир... — Ольга замолкает, словно не в силах выговорить. — Когда ты, Никита, отказался от наследства. Ради неё. Ради одного лишь шанса на свидание. Я смотрела и... мне стало так стыдно. Так ужасно стыдно, что я хотела провалиться сквозь землю.

— Вы не представляете, каково это — осознать, что ты стала тем самым монстром, который готов разрушить такое... такое чувство.

Ольга делает шаг назад и вдруг опускается на колени. Голос её дрожит, но звучит искренне: