Книга Заноза для правильного босса, страница 31 – Лана Пиратова

— Это сделаешь ты, — и он показывает на меня указательным пальцем.

— Но…

— Это мое поручение. Никаких «но». Вечером кота привезут уже в клетке и ты его отвезешь в ветклинику. Вот адрес, — протягивает карточку. — Все ясно?

Молчу. Смотрю на буквы на карточке. Бедный котик!

— Лика, ты все поняла? — не успокаивается этот жестокий гад. — А пока вот тебе ключи от моей квартиры, — достает из кармана и протягивает мне ключ. — Поедешь и привезешь мне рубашку. Белую рубашку. Поняла?

Молчу.

Как он может вообще думать о рубашке, отправляя на смерть котика?! Какой же бессердечный!

— Лика, ты все поняла? Мне нужна рубашка. Заодно… у тебя будет время подумать.

— Над чем? — вскидываю на него взгляд.

— Над неотвратимостью наказания, — усмехается. — Может, пример кота тебя чему-то научит? Ничего не хочешь мне сказать?

Хмурюсь и опускаю взгляд.

Я не могу признаться. Но и котика мне жалко.

— Ладно, иди, — он как будто разочарованно вздыхает. — Рубашку привези мне. Раз сказать тебе нечего.

Я разворачиваюсь и ухожу.

Бедный котик.

Нет, я, конечно, не повезу его на смерть! Но, ведь если я этого не сделаю, то этот гад сам его отвезет! Или водителю поручит!

Надо спасти котика!

Ну, я до последнего надеялся, что девчонка одумается. Признается, попросит прощения…

Но… даже горькая судьба кота ее не заставила сделать это. А ведь я почему-то думал, что не все потеряно в этой избалованной мажорке.

Увы.

Ошибся. Впервые ошибся в человеке.

И даже как-то неприятно, что ли, на душе стало.

Сижу в кабинете и смотрю в окно на дождь. Чувствую, как сдвинулись брови на переносице. И чего я так переживаю? Она мне никто.

Осталось двадцать восемь дней и я ее больше не увижу.

Рубашки, кстати, тоже так и нет.

Ни Лики, ни рубашки.

И почему я не удивлен?

Надеюсь, в квартиру мою она не попала. Спряталась наверняка. Подлая трусиха! Как может девочка не пожалеть котика?!

Хотя, о чем я? Это для нормальной девочки такое невозможно. А тут Лика. Заноза. Негодная вредина и хулиганка. Распущенная девица!

Хруст карандаша в моих руках немного тормозит мое негодование. И чего я так завелся?

К черту ее. С Саркисянами я все решил. Возмещу им стоимость зеркала. И вообще сделал все, чтобы об этом инциденте все забыли.

Но почему же так фигово-то?

Почему я верил, что Лика не такая потерянная для общества?

Я же видел, как губы у нее задрожали, когда я про кота сказал. И взгляд сразу потерянный стал.

Кошусь на дверь. Все еще надеюсь, что она войдет и…

Так. Хватит, Марк! Это девчонка безнадежна. Врунья. Бессердечная врунья.

Встаю и вижу свое отражение в дурацкой рубашке. И еще больше хмурюсь.

Глупая девчонка!

Натягиваю пиджак и выхожу из кабинета.

Когда подъезжаю к дому и паркуюсь, мне уже кажется, как будто что-то не то. Какое-то странное чувство. Не то что тревоги, сам не пойму.

Захожу в подъезд, а там консьержка. Сидит и плачет.

Хм. У нас с ней, конечно, не настолько близкие отношения, но вдруг что-то случилось?

— Добрый вечер, — говорю я.

Она поднимает на меня заплаканный взгляд.

— Здравствуйте, Марк Георгиевич, — и всхлипывает.

— Что случилось?

— Вольдемар мой пропал, — и опять всхлип.

— Вольдемар? Муж ваш? Или сын? В полицию обращались? — я готов помочь ей и уже достаю телефон.

— Обращалась. Они отказали, — вздыхает.