Книга Личная ассистентка босса, страница 3 – Екатерина Котлярова

— Он испортился, — Степан криво усмехается и склоняет голову к плечу. — Оказался в шредере.

— И поэтому Вы лично приехали мне об этом сообщить? — спрашиваю тихо, чувствуя странное головокружение.

Мне хочется верить в то, чего нет. Его появление здесь дарит надежду на то, что мои чувства ответны.

За спиной раздаются быстрые шаги.

— Я так и знал, что ты с ним спишь, — голос Антона пропитан ненавистью и презрением.

Поворачиваю голову и вижу Антона, красного от гнева, с кулаками, сжатыми до побелевших костяшек. Он смотрит не на Калинина, а на меня, и в его взгляде плещется презрение.

Степан смещает руки на мои запястья, сжимает их, привлекая внимание к себе. Я смотрю в суровое лицо, с сурово сжатыми губами и сверкающими от ярости глазами. В таком бешенстве я его видела лишь несколько раз, когда срывались переговоры. Хотя и тогда он не был настолько зол.

— Я приехал сообщить, что завтра у нас переговоры с владельцами «Яньг Кана». Без тебя я не справлюсь, Смирнова. У входа стоит машина. Иди. Я поговорю с твоим женихом, — в голосе сталь, от которой по коже бегут ледяные мурашки.

— Но… Там гости. Ждут в зале. Я должна предупредить… — говорю пересохшими губами.

Калинин молчит. Всматривается в моё лицо нечитаемым взглядом.

— Я всё решу. В машину иди. И сними эту фату, она тебе не идёт.

Сил на то, чтобы ему возразить, у меня нет. Я киваю заторможено и послушно иду на улицу, на ходу стягиваю лёгкую прозрачную ткань с головы. Не забываю вытащить шпильки и взлохматить волосы, портя причёску, над которой корпели не один час.

Какой уже смысл? Всё равно никто не будет смотреть. И фотографий не останется.

Машина шефа криво припаркована у самых ступеней, ведущих в загс, будто он не нашёл времени, чтобы нормально припарковаться.

Отчего-то улыбка трогает губы. Я торопливо сбегаю по ступеням и занимаю переднее сиденье его машины. Скидываю белые туфли, от которых ноги уже ужасно ноют, подбираю под себя. Втягиваю носом запах, которым напиталась машина. И чувствую успокоение. И облегчение.

Но сосредоточиться на своих чувствах просто не успеваю.

Калинин появляется через минуту. Красивый до боли в груди. Он спускается по ступеням, занимает место водителя. Кидает на меня строгий взгляд. На мгновение задерживает на растрёпанных волосах, опускает на босые ступни.

Хмурит густые брови. Но никак не комментирует мой внешний вид.

— Пристегнись, Смирнова. Сегодня переночуешь у меня. Вылет в Китай завтра рано утром.

Мира

Машина плавно трогается с места, а я откидываю голову назад. Прикрываю глаза и из-под полуопущенных ресниц внимательно смотрю за Степаном. Взгляд мужчины сосредоточен на дороге, руки сжимают руль до хруста.

— Спасибо, что забрали, — тихо подаю голос.

Калинин вздрагивает и переводит на моё заплаканное лицо рассеянный взгляд.

— Но мне кажется, что целесообразнее будет, если я поеду домой. Мне нужно будет привести себя в порядок. Поговорить с мамой, — тяжело вздыхаю и опускаю взгляд на свои дрожащие пальцы, стоит только подумать о том, какой неприятный диалог (скорее монолог) меня ждёт.

— Я всё сказал сегодня, Смирнова. Ты едешь со мной. Завтра в восемь утра мы с тобой должны быть в аэропорту. В одиннадцать начинаются переговоры с китайцами. Список участников я тебе скинул. Мне нужно, чтобы ты особо внимательно следила за господином Цянь Хэ. Очень хитрый лис, важно каждое его слово. Запоминай всё. Записывай. Анализируй, как умеешь. Не скрывай, если что-то покажется странным. От этой сделки зависит очень многое.