Книга Марафон в рай, страница 25 – Артур Каджар

— Через полгода собрался с силами, завязал и написал новый альбом. Но он оказался до того дерьмовым, — у него скривились губы, — что решил лучше завязать с творчеством, чем с выпивкой. От нее, по крайней мере, хоть иногда на душе легко.

— А… жена?

— Ушла. Ей нужен был известный и успешный музыкант, а не… — Давид докурил и щелчком выкинул окурок в сторону мусорного бачка. — К тому же я от наследства отказался, хотел всего сам добиться. Оно и к лучшему, что ушла.

Они вернулись к ресторану и снова уселись за стол. Нара в раздумье смотрела на Давида, потом спросила:

— Так что тебя мучает до сих пор? Смерть родителей?

Он повел подбородком.

— Это уже не так сильно.

— А что тогда?

Давид взял бокал и отпил.

— Не знаю, бесцельность всего… похоронил в себе того Архангела. — Он потер ладонями бритые щеки. — Понимаю, звучит по-идиотски, но в общем так.

Нара помолчала.

— И что ты решил делать?

Он как-то грустно улыбнулся.

— Брошу пить, научусь жить, — он дернул краешком рта, — обычной жизнью.

Нара посмотрела в сторону моря и покачала головой.

— План твой так себе, честно скажу. У меня есть получше. Вся эта история с гитарой, наша встреча — это не просто так.

Давид посмотрел на нее, и она отвела взгляд.

— Согласен, все не просто так. Я твой должник.

— При чем тут должник? Это я тебя втянула в историю.

— Может, втянула, а может, и спасла, — произнес он медленно, — я ведь почти на том свете был, уже собирался пачку таблеток выпить… Думаю, это Он тебя прислал. Такие дела. — Давид налил себе вина.

После выпитого Давид стал немногословен и словно ушел в себя. Нара поторопилась попросить счет, и, когда официант принес терминал, выяснилось, что карта Нары заблокирована.

— Ничего страшного, генацвале. — Официант беспечно махнул рукой после третьей неудачной попытки. — Заплатите в следующий раз. А если и не придете, считайте, что я вас угостил!

Когда он отошел, Нара ахнула и прикрыла рот ладонью.

— Вот я дура-то, господи!

— Да в чем дело?

— Карта. Она ведь корпоративная, на работе выдали, зарплаты туда начислять… Наверное, заблокировали ее.

Давид взглянул на нее и ухмыльнулся.

— Ну как в тебе может сочетаться такая тяга к деньгам и такая безалаберность?

— Да, я вот такая. — Нара схватила салфетку. — Теперь мы точно пропали.

Давид перестал улыбаться.

— Стоп, только не плакать, ладно?

— Ни-ичего у меня не получается.

— Martin D-45, — произнес Давид.

— Что?

— Гитара. Можно продать.

— С ума сошел? — вскричала Нара. — Я всем рисковала, чтобы тебе ее вернуть!

— Да зачем она мне? Музыканта из меня не вышло…

— Как это не вышло? — Нара даже задохнулась.

— …а захочу поиграть, современные звучат не хуже.

Нара замотала головой.

— Ты великий человек! И должен играть на уникальной гитаре!

— Хватит за меня решать! — вдруг выкрикнул он и хлопнул ладонью по столу.

— Мне в поезде запрещал, а сам столы еще круче ломаешь, — Нара встала. — Пойдем, пожалуйста. Мне холодно уже.

— Извини, — пробормотал он и тоже встал.

Нара взяла его под руку, они ушли с набережной, перешли оживленную улицу и зашагали по темной улочке. Чем дальше уходили от моря, тем сильнее становилась духота.

— Ты ведь тоже эмоциональный, только не показываешь? — Она легонько вздохнула. — А я смелая иногда, а иногда трусиха каких поискать. Быстро расстраиваюсь, потом быстро нахожу какой-то выход: отец научил.