Книга Землянки для вымирающей расы, страница 63 – Катарина Гросс

На судебном заседании, закономерно, мы появились в подавленном настроении. Опять кого-то заслушивали, кто-то задавал вопросы, кто-то на них отвечал, но это мало касалось именно нас, поэтому мы сидели с опущенными головами и слушали в пол уха. Но, когда в зал для допроса вошли братья Аконтар, то мы с подругой подобрались и слез сдержать не смогли. Наши мужчины были в парадных военных костюмах, которые подчеркивали их спортивные тела, а необычная вышивка на кителях придавала им торжественный вид и делала еще более ослепительными. Увидав нас в слезах и в компании командора, братья изменились в лицах, которые и без того были серьезными, и не обращая внимания на возражения судей направились к нам. Фирейн не дал им подойти к нам близко:

— Настаиваю на бессрочном запрете братьям Аконтар приближаться к моим подопечным. Они плохо влияют на самочувствие последних. Видите, они морально не стабильны! — громко выкрикнул он.

— Постановляем, — приняли его требование судьи и в подтверждении подняли скипетр вверх.

— Мы против, мы не согласны, — еще больше заливаясь слезами, кричали мы, пока человекоподобные роботы теснили наших альдарцев дальше от нас.

— Возражения от самок неразумных рас не принимаются, — поставили точку судьи.

Слово взял доктор Зельн:

— Данные самки добровольно начали участие в исследовании, которое я инициировал с разрешения и в полном соответствии с законодательствами планеты Альдарион и Галактической Федерации. Я настаиваю на его окончании.

— Каков срок окончания вашего исследования?

— До окончания опыта две галактические недели, — ответил он.

— Протестую, в связи с изменившимися обстоятельствами, настаиваю на его немедленном прекращении и разрешении мне, как их официальному опекуну на заключение от их имени донорских договоров, во имя возрождения популяции альдарцев, — подал свой мерзкий голос Фирейн.

— Принимаем. Для завтрашнего заседания доктору Зельну подготовить все результаты исследований, а советнику теру Ардалиону Фирейну соответствующие донорские договора и кандидатов.

После этих слов мы окончательно запаниковали. Мысль, что мы больше никогда не увидим наших альдарцев, ввергло в бездонное отчаяние, а зависимость от такого существа как Фирейн и вовсе лишило почвы под ногами. Зная его самовлюбленную, беспринципную и лицемерную натуру мы не питали иллюзий на счет защиты от него. На людях он разыгрывал из себя заботливого опекуна — добропорядочного, радеющего о нашем благе, добросовестно исполняющий свои обязанности. Но стоило нам остаться наедине, без свидетелей, как он превращался в охотника добивающегося своей цели любой ценой.

Открыто вредить он нам не мог, но и попыток склонять нас к его желаниям не оставлял. Вчера он начал с соблазна: отрыто демонстрировал свое тело, чтобы заворожит, сломать нашу волю. Потом перешел к грязным уловам — попытался использовать афродизиак, чтобы подчинить нас насильно. И если вчера его козни не сработали, то что он выкинет сегодня? Сердце колотилось в ужасе, а в груди нарастала ярость.

Первым, что Фирейн сказал, когда охрана удалилась, и мы остались в его апартаментах наедине, было:

— Я же говорил, что в моей власти сделать вашу жизнь прекрасной или ужасной, поэтому в ваших интересах принять правильное решение. У вас на самом деле не так много времени. Решайтесь, иначе я подберу вам таких альдарцев, от которых вы взмолитесь, чтобы я передумал, — со зловещей ухмылкой довел наши перспективы этот мерзкий слизняк.