Книга Выжить. Вопреки всему, страница 83 – Ольга Кобзева

Все забирал взрослый бравин. Не альшар. Не слуга и не стражник, но я то и дело видела его поблизости. Забирал, а спустя несколько дней приносил позвякивающий мешочек. Девушек все устраивало!

И меня… наверное.

И вот наступил момент, когда я снова осталась в покоях совершенно одна. Для занятий девушки приходили утром и вечером. Они по-прежнему считали себя моей собственностью, выполняли все пожелания, считая их приказами. Каждая старалась угодить. Та странная служанка давно уже не показывалась, она оказалась больше не нужна. Ольбрис, одна из моих подопечных, взяла на себя походы на кухню за едой сначала для всех, а после только для меня, когда, спустя короткое время, девушкам предложили принимать пищу в общем зале внизу.

Несомненно, я чувствовала, что ко мне относятся не так, как к остальным бравинкам и уж точно не как к пленнице. Особое отношение проявлялось и в обращении стражей, и в уважительном, почти подобострастном отношении всех служащих дворца, с кем доводилось общаться.

Подошла к окну, чувствуя свежий ветерок на коже. Сегодня был дождь, настоящий тропический ливень. Мы успели укрыться в беседке, но все равно промокли насквозь. Косой дождь хлестал, казалось, со всех сторон. Девушки прижались друг к дружке, пережидая бурю. Меня втянули в центр, закрывая и от дождя, и от порывов ветра. Все, что смогла — настоять, чтобы беременные тоже оказались рядом со мной, лучше прочих укрытые от непогоды.

Давно стемнело, но я отчего-то не торопилась ложиться спать. Словно ждала чего-то. Кого-то…

Он пришел. По моим прикидкам было уже далеко за полночь, я все же забралась в кровать, набрасывая легкую ткань в качестве защиты от небольшого ветра и насекомых.

Марон неслышно ступил вглубь комнаты, опускаясь в широкое кресло, стоящее чуть поодаль от кровати. Видеть его взгляд я не могла, зато чувствовала. Не знаю, видел ли он, что я не сплю, мог ли в темноте заметить выражение моего лица. Мне отчего-то стало жалко этого мужчину. Сильного, возможно, сильнейшего альшара, повелителя огромных территорий, уверенного в себе и своих силах, но тем не менее несчастного.

Почему я так решила? Просто знала.

Марон смотрел на меня, а я на него. В темноте могла видеть лишь очертания его силуэта, сколько бы ни напрягала зрение, не сумела рассмотреть даже поворота головы. Вскоре услышала, что его дыхание изменилось, Марон уснул прямо в том кресле.

Тихонько, стараясь не шуметь, сползла с кровати и подошла ближе, рассматривая расслабленные черты.

Густая темнота многое скрывала, но не узкий нос, не упрямо выдвинутый вперед подбородок, темные провалы глаз, чуть более впавшие скулы, или это тени заставляют меня думать, что Марон исхудал.

Вдруг поймала себя на мысли, что тяну руку к его лицу, что хочу обвести очертания скул, коснуться губ. Испуганно отшатнулась, со всей дури вмазавшись в столик позади себя.

Марон резко открыл глаза. Одновременно с этим в его руках зажегся огненный посох.

— Ты готов отражать опасность даже ночью? — выпалила, тяжело дыша, чувствуя себя полной дурой. Ну вот зачем встала с кровати? Лежала бы себе и лежала! Нет же, пошла альшара, держащего тебя взаперти, рассматривать!

Посох тут же исчез. Марон поднялся, растирая сон по лицу. Шагнул ко мне. Нас разделяли сантиметры. Я чувствовала его запах — песок, прожаренный на солнце, немного морского бриза. Боже, о чем я только думаю! Зажмурилась, ругая себя на все лады.