Книга Жена тёмного бога, страница 63 – Элис Айт

С Хведером действительно дело пошло быстрее. Дроу взмахнул рукой, и путы из мглы растянули драконицу на земле. Аджана продолжала сопротивляться, но сейчас это уже больше походило на слабые трепыхания. Одно из кожистых крыльев и вовсе замерло под странным, неправильным углом, не в силах оторваться от земли, и только подергивалось, словно в конвульсиях.

Мне она вдруг напомнила неприятный с человеческой точки зрения деликатес, который обожали наги из деревни возле Хелсаррета. Не все скорпионы в пустыне ядовиты – существует и съедобный вид, который, правда, могут отличить от остальных лишь сами змеелюди. Они насаживали этих мелких членистоногих на тонкую палочку в ряд, еще живых, и с удовольствием съедали по очереди, как лакомство. Я ни разу так и не отважилась его попробовать – отвращение внушали и сами скорпионы, и то, как они слабо дергали лапками, будучи уже проткнутыми «шпажкой».

От этого воспоминания и от взгляда на беспомощную драконицу по коже прошли мурашки.

Аштар, окутанный тьмой, медленно подошел к Аджане. Он еще раз шевельнул рукой, и щупальца, повинуясь его жесту, прижали огромную чешуйчатую голову к земле рядом с эльфом.

Из сжатой пасти доносилось глухое рычание. В золотых глазах драконицы ярость боролась с ужасом. Она наконец осознала, что «плащ» Руна ее уже не защитит – не сейчас, когда она обездвижена, а против нее три мага. Кто-то из нас да найдет способ уничтожить чары.

Почему Аджана не превращалась обратно в человека? Я не понимала. Наверное, любой на ее месте попытался бы вымолить пощаду, а это невозможно, пока ты в звериной форме. Может быть, принцесса была для этого слишком горда? Или же чувствовала, что никакие извинения и заверения ее не спасут. Даже родной брат остался в стороне и не сделал к ней ни шагу, только холодно наблюдал за тем, что делает Аштар.

— Мы предложили тебе мир, но ты выбрала смерть, – тихо произнес он, глядя в ее глаза с вертикальными зрачками. – Не волнуйся, в загробном мире ты недолго будешь одна. Скоро Хашим присоединится к тебе.

Взмах черненого лезвия будто рассек день пополам. «Плащ» сопротивлялся меньше доли мгновения, затем, брызнув парой тусклых искр напоследок, развеялся. Воткнувшись в глазницу, меч вошел глубоко в череп и пронзил драконице мозг. По ее телу в последний раз прошла крупная дрожь, и она затихла.

Клубящиеся щупальца начали истаивать, как дым, и втягиваться обратно в темные углы двора. На площадке стало светлее – будто в ненастный день наконец развеялись грозовые тучи, и из-за них выглянуло солнце. А на изрытой, изуродованной клумбе осталось лежать обнаженная женщина с окровавленным лицом.

Я не выдержала и отвернулась. А ведь, казалось бы, столько мертвецов уже видела… Хоронила и семью, и слуг, присутствовала при убийстве врагов, причем последнее – буквально несколько часов назад. Похоже, к такому невозможно привыкнуть.

«Заслон» из мрака над Аштаром тоже развеялся. Дроу медленно, едва слышно выдохнул, оглянулся и опустился на чудом уцелевшую каменную скамью поблизости. С его лица будто сняли пару тонов краски. Были бы на темной коже видны синяки под глазами, наверняка проявились бы и они.

Я подбежала к эльфу и с тревогой в него всмотрелась. В глазах не горел огонь и не падал пепел – вместо них плескалось море усталости.