Книга Цветы эмиграции, страница 62 – Нина Ким

— Добро пожаловать, – услышал он голос директора, высокого молодого мужчины в светлом костюме и галстуке. Похоже, это был единственный мужчина в педагогическом коллективе.

Густав прошёл вперёд и втиснулся в кресло в первом ряду. На сцену лёгкими шагами поднялись те, кто стоял у входа. Директор сделал шаг вперёд и начал говорить. Представил коллег и уступил место учительнице. Она включила огромный монитор и начала рассказывать. Перед глазами родителей проплывали школьные корпуса. Основное здание в три этажа. Внизу секретариат и кабинеты директора, учителей, медицинский пункт, библиотека и читальный зал. Лифт. Дети поднимались на нужный этаж и расходились на занятия. Кабинет химии потряс Густава – настоящая научная лаборатория, с проводами, подсоединенными к колбам, с водопроводом и раковиной у парты. Он сам с удовольствием колдовал бы здесь и проводил опыты. В его деревенской школе учительница на доске выводила формулы и рассказывала, как происходит химическая реакция, которую трудно было представить. Ученики на мониторе что-то сыпали в колбы, чем-то заливали и внимательно следили за тем, что происходит. Густав разволновался, смотря короткометражный фильм: а вдруг взорвутся?

В кабинете географии глобусы, намертво привинченные к крышкам парт, мерцали голубым цветом и при объяснении учителя включали нужную часть планеты.

Компьютерные классы были оснащены лучше, чем в научно-исследовательском институте, где он проработал много лет.

Отдельно от основного учебного здания располагался ресторан, куда во время перемены в 12 часов дня стекались ученики. Тщательно продуманное меню – супы и вторые блюда, десерт и фрукты – горой красовалось на каждом обеденном столе. Кока-кола и шоколадные конфеты запрещены, дети ели только полезные продукты. Меню ресторана было доступно родителям для знакомства, оно публиковалось на официальном школьном сайте. В глубине закрытой территории находился большой бассейн. Начальные и старшие классы посещали его в обязательном порядке, потому что в жизни каждому пригодятся уроки по плаванию, как сказали на родительском собрании.

Преподаватели менялись каждый год. В этом году математику вёл учитель из Канады, который слыл очень требовательным и строгим. Интересно было, что учеников ежегодно сортировали, делили по классам заново: так дети быстрее адаптировались в незнакомых условиях, привыкали к новым лицам и не чувствовали стеснения в общении друг с другом. В старших классах учеников вывозили на различные конференции и слёты как внутри Германии, так и за рубеж. Их учили доказывать свою точку зрения во время диспутов, убеждать оппонентов в собственной правоте, готовили ко взрослой самостоятельной жизни.

Школа достойно отбивала большие деньги, которые родители платили за обучение детей, и продумывала каждую деталь, чтобы разнообразить досуг учеников после уроков.

Спальные корпуса находились за несколько километров от школьной территории, по утрам детей на занятия привозили на автобусах. Здание, где жили дети, было двухэтажным, огороженным. На первом этаже – пропускной пункт, куда посторонний мог пройти только по документам, удостоверяющим личность. Столовая, учебные комнаты с библиотекой, зал с телевизором и небольшой дворик с маленькой клумбой живых цветов между корпусами находились под прицелом воспитателей круглые сутки.