Книга Мемуары Эмани, страница 83 – Нина Ким

И был один день, когда монашки молились за не родившихся детей. Молились и оплакивали любовь и ласки, которые не дано им было знать. Молились и оплакивали тепло семейного очага, которого не будет у них никогда.

Сестра Бернарда ходила с высоко поднятой головой и полуопущенными глазами, чтоб скрыть пламя, которое полыхало внутри нее. Через несколько дней она поедет в Лондон, в Вестминстерское аббатство, на религиозную конференцию. Уже было получено согласие епископа на аудиенцию, на которой настаивал Джон.

— Не бойся, ты же не отрекаешься от Бога, он сам тебя создал женщиной, – уговаривал ее Джон, – решайся, мы должны быть вместе.

Опустив глаза, она стояла перед епископом.

Собравшись с духом, подала ему прошение об освобождении от обета и медленно заговорила:

— Я слабая и греховная, простите меня и отпустите. Хочу вернуться к свободной жизни. Я ношу под сердцем ребенка и приняла решение родить.

Он на минуту отвернулся, чтобы скрыть гнев, потом повернулся и заговорил медленно и тихо:

— Нет и нет! Никто не слышал этого разговора, даже я. Завтра тебя повезут в госпиталь, освободишься от греховного плода и вернешься к Богу. Ты не просто монахиня, под твоим началом все аббатство, которое будет опозорено.

И совсем не мирным голосом продолжил:

— Ты же не хочешь исчезнуть навсегда в Темзе или в Лимбургских садах?

Игорь махнул жене:

— Пока, малыш!

Закрыл дверь и вышел на улицу. Обычно оживленная трасса сегодня была полупустой, уже через час он свернул за кривой указатель с размытыми буквами. Поворот. Еще один поворот. Машина остановилась у высокого забора. Дверь открылась бесшумно, он вошел в дом, включил свет. Достал из кейса пачку денег.

Игорь открыл глаза и не понял, почему валяется на полу.

Споткнулся или опять сердце схватило.

— Тихо, сейчас пройдет, лежи спокойно, – сказал сам себе, хватая ртом воздух.

Но паника накрывала его с каждым приступом боли. Что делать? Никто из близких не знал про этот дом, купленный тайком год назад. Знакомый нотариус оформил покупку быстро и без канители.

У Игоря было много знакомых: депутаты, чиновники, банкиры, знакомые знакомых. Им нужны были его услуги, за которые они платили в долларах. Другой оплаты он не признавал, только зеленые и только с Бенджамином Франклином. Это была любовь с первого взгляда, как только Игорь взял в руки банкноту с его портретом. Долгими часами он гладил шершавую и бархатистую поверхность зеленой купюры. Тянул за уголки, которые слегка растягивались, гладил по лицу Бенджамина и приговаривал:

— Ты не прав, старина, к чему эти твои ограничения исполнительной власти? Все твои утверждения устарели: «Целомудрие и скромность», «Брак без любви чреват любовью без брака». Не согласен я с тобой. Сам посуди, зачем отказываться от утех на стороне? Ты просто не знаешь, какой кайф, когда каждый раз имеешь дело с новенькими красотками. Но справедливости ради могу сказать, что все они одинаковые, когда копнешь поглубже. Любовь?! Не смеши меня, все одинаковые пустышки.

Наговорившись вдоволь, он разводил руками:

— Прости за откровенность, мне не с кем больше поделиться.

Спрятав деньги в потайное место, ехал домой. Кстати, жену и любовниц он называл одинаково – «малыш», чтобы не путаться. Жена ждала его допоздна, никогда не упрекала и не устраивала сцен. Просто вздыхала и спрашивала: