Онлайн книга «Мемуары Эмани»
|
Погоревали они и решили рыть землянки среди болот. Все теплее будет, чем в конюшне. Учитель посоветовал рубить камыш и вязать циновки, чтобы покрывать крыши и утеплять стены. Камыш обмазывали глиной, потом обжигали. Стебли камыша выгорали, а глина становилась твердой, как камень. Строительный материал был готов. Утеплили землянки и смогли даже построить корейские печи, которые обогревали дом снизу. Полы были всегда теплыми. Весной им разрешили работать – сажать рис на свободных землях. Свободными оказались болота, которые окружали колхоз со всех сторон. Начали осушать топи, вырубать заросли, рыть каналы и устраивать рисовые чеки. Чек – это участок пахотной земли, залитый водой и огороженный. Все были поражены, что на осушенных участках земля оказалась очень плодородной. В первую же осень получили урожай риса, какого, ведя хозяйство в Приморье, не видели никогда. Так переселенцы отвоевывали у болот новые земли, а у местного населения – уважение. До них узбеки тоже сажали рис: бросали в воду семена и ждали до осени урожай. Не знали, что такое прополка, и удивлялись, что с ранней весны до поздней осени корейцы копошатся на грядках. Летом женщины с детьми выезжали на поле. Для детей там было раздолье. С утра до позднего вечера они играли, предоставленные сами себе. От них пахло солнцем, болотом и свободой. Набегавшись за целый день, ребятишки валились с ног от усталости. Заползали в накомарники и сладко спали до утра под комариный писк и кваканье лягушек. А взрослые с утра брели по колено в воде. Выдирали сорняки с корнями из каждой лунки. Паразиты, водяные черви и змеи кишели в чеках. Мужчины надевали длинные штаны, которые перевязывали бечевками под коленом и щиколоткой. Женщины защищались плотными чулками, через которые пиявки умудрялись высасывать кровь, надуваясь как пузыри. Иногда можно было увидеть, как кто-нибудь бежит и размахивает руками, пытаясь выгнать змею, проползшую в штаны. Орали хором все вместе: и убегающий, и зрители. На глазах у всех несчастный снимал штаны и вытряхивал непрошеную гостью, которая хотела пригреться именно там. Вскоре зять сообщил, что председатель колхоза вызывает учителя к себе: — Он хочет, чтоб вы вели уроки корейского языка в начальных классах вместо арестованного педагога. Учитель знал, что начались массовые аресты людей без суда и следствия. В 1938 году, когда произошла первая стычка советских войск с Японией у озера Хасан, над головами корейцев снова сгустились тучи. Причина та же – страна не доверяла чужим. Учитель тщательно готовился к урокам: только научить читать и писать, без лишних слов, никаких бесед, чтоб потом ему не задавали вопросы люди в форме. В шляпе, с книгами под мышкой он шел каждый день на работу и радовался встрече с учениками. Но недолго длилась его радость. Ровно через полтора года преподавание в корейских школах на родном языке запретили. Теперь дети учились и разговаривали на русском языке. Внуки не понимали родного языка и не особенно желали. Они были на разных берегах. Учитель понимал одно: никогда его внуки не станут великими писателями или художниками, потому что в крови у них сидит страх гонимого народа. * * * Он открыл глаза и еще раз прочитал письмо из Международного Красного Креста. Все совпадало: имена и даты рождения. Ошибки не было, его братья погибли в 1952 году, а он не знал об этом. |