Книга Демонхаус, страница 97 – Софи Баунт

Пора признать, что через неделю, две, час или несколько дней все закончится. От этой мысли я не в себе, на людей кидаюсь. Даже на Илария. А он облачко медовое, а не человек, еще и видит меня насквозь, видит мое депрессивное состояние и начинает донимать, скоро затрахает своей заботой до смерти. Такая вот категория людей: считают, что все проблемы решаются болтовней. Как же. Разговорами любовь Сары не купить. И деньгами тоже. Тогда чем?

Сама ведьма любому вскружит голову, если пожелает, и едва я открываю рот, видит любые мои попытки сблизиться, жестко их пресекая.

Завернув за угол, я ударяюсь о полку на стене. Лоб пульсирует от боли. Куда же, мать вашу, пропала Сара? В ее спальне пусто.

Я оглядываюсь. Дом дышит на меня мраком, а я понятия не имею, где включается чертов свет, потому прижимаюсь к стене и аккуратно двигаюсь дальше в темноте, пока правой ноги не касается какая-то живность… похоже, крыса. Скривившись в отвращении, я вздрагиваю и ускоряю шаг.

Ага, вот и крыло дома, в которое я обычно не забираюсь, но на секунду кажется, будто по нему кто-то ходит, и я начинаю красться, чтобы этого кого-то не спугнуть. Вдруг Олифер? Он бы мне не помешал.

Я словно двигаюсь по подземелью, где меня поджидает маленький минотавр этих лабиринтов. Легенда этого места. Хранитель секретов дома. Малыш Олифер.

Добравшись до окна, я восклицаю:

— Ини?

Девушка поворачивает голову.

— Что ты здесь делаешь? – ахает Инга.

Я вскидываю бровь.

— Ну как бы… живу… если это можно так назвать, учитывая, что мы ходячие мертвецы. А как проходит ваше мертвое утро перед праздниками, мадам? Знаешь, когда я на прошлый Новый год в шутку загадывал оставаться сексуальным красавцем всю жизнь, то не думал, что меня грохнут и сделают призраком, который навсегда останется в одном возрасте.

Инга фыркает, а потом сердито высказывает:

— Ты никогда не приходил в эту часть дома. Что ты здесь забыл?

Она злится, будто я демон, который каким-то образом проник в церковь, а не просто гуляю по коридору.

— И-и-и… что? В чем проблема? – Я смотрю на Ингу как на идиотку. – Я ищу Сару. Знаешь, где она?

— Оставь меня, – огрызается эта змея.

— Издеваешься? – начинаю я вскипать. – На вопрос ответь – уйду.

Инга вскакивает с подоконника и вскрикивает:

— Свали, Рекс!

— Да что с тобой?!

Видимо, на моем лице вспыхивает дикая ярость, а улыбка превращается в чудовищный оскал, потому как Инга уменьшается в размерах и шлепается задом обратно на подоконник. Я ставлю колено между ее ног, чтобы эта придурочная не убегала.

— Не смей трогать меня! Не смей, – вопит она.

Мне приходится зажать ей рот. Пепельно-розовая помада размазывается, на моих пальцах остаются отпечатки.

— Хватит визжать! Совсем рехнулась? – сурово выпаливаю я.

Инга перестает дергаться и убирает мою ладонь со своих губ.

— Другое дело, – киваю я, но не отпускаю ее. – Зачем ты устраиваешь концерты? Я понимаю, что в девятнадцать лет мозгов не так уж много, но складывается впечатление, что у тебя там три извилины ползают. Выкладывай!

— Ты меня напугал, – шипит Инга.

И отворачивается. Красная, точно мы школьники, которые в первый раз поцеловались.

Я открываю форточку, запускаю в дом мороз. Инге надо взбодриться и очнуться, а то ее разум летает в далеком королевстве слабоумия.