Книга Демонхаус, страница 253 – Софи Баунт

— Нет, – строго отрезаю я. – Это мое решение. Я пойду сам. Если меня ждет смерть, то приму ее один.

— Рекс…

— Макс, не теряй времени. Лучше придумай, как нам вернуться в мир живых.

— Ладно, братец, тогда я пойду искать способ войти в дом. Обратный портал должен быть там. Только помни: чем глубже в лес, тем сильнее запах смерти.

Я киваю, и Макс уходит в сторону дома на холме, а вот Шинигами с безумной улыбкой смотрит на меня.

— Ты тоже уходи.

— О-о-о, ты за меня волнуешься? – сладко щебечет он и повисает у меня на шее. – Как же мило!

— Не за тебя, – протестую я. – Вместе с тобой погибнут те, кто мне дорог.

— Значит, твоя любовь распространяется и на меня. – Он целует меня в нос, и я со всей силы отталкиваю его.

Хохоча, Шини падает в сухую серую траву. Я разворачиваюсь и бреду в чащу, но желтоглазый догоняет.

— Прочь! – злюсь я. – Иди с Максом.

— Ой, бегу, волосы назад!

— Я серьезно!

— Не трать слова, mon amour…

Черный лес кажется одиноким, точно ночная пустыня, и опасным, как ядовитые споры неизвестного науке растения. Гнетущее, мертвое, унылое место. Иногда мимо нас проплывают души потерянных – одни похожи на призраков, другие на зомби, немые или рыдающие, утопично красивые или уродливые, туманные или гниющие. Никто из них с нами не разговаривает. Даже те, кто сохранил презентабельный облик. Они бродят без цели между деревьев, жмутся к тропе, избегая возвращаться в чащу, и монолог их состоит из бессвязного бормотания.

Я держусь каменной тропы.

В голове звучит тихая песня сестер Сары. Не знаю точно, но интуиция подсказывает, что они меня ищут. Мы словно заблудились и пробираемся на ощупь друг к другу сквозь ледяной туман. Возможно, я их никогда не найду, но заставляю себя не терять надежды.

Затылком я ощущаю чей-то взгляд, если «это» имеет глаза, ведь я знаю – не сестры и не потерянные души следят за мной, а существа, живущие в лесу, и я не уверен, что они прячутся, скорее… они некая невидимая часть этого места, из-за которой обычная роща пугает путников до истошного крика. Клянусь, периодически мне хочется заорать. Я иду и каждые тридцать секунд верчусь, вглядываюсь во тьму между деревьев – а там никого… Пустота… Но присматриваешься – и уже не так уверен: кажется, что черная тягучая субстанция течет по лесу, как кровь по организму, наполняет его собой, и сам лес – одно огромное чудовище, клетки которого охотятся за проникшими в его органы.

— Я, значит, говорю: задушить человека носком проще простого. А он мне: да ты гонишь, Ши, откуда тебе знать, а я ему…

Всю дорогу мой компаньон не затыкается. Я не то что голосов сестер, я своих мыслей не слышу из-за его рассказов. С другой стороны, я узнал много интересного, да и веселый настрой парня не дает впасть в уныние или убежать из жуткого леса без оглядки.

Скажем, Шини поведал, что после смерти его личность царствует лишь в астрале. Когда Иларий спит, этот психопат любит отправляться в путешествие по таинственным местам иного мира. Однажды Волаглион поймал его и запер в лабиринте, но парень сбежал и бродил по этому лесу. Я хочу спросить, как он выбрался, однако вдруг чувствую разрывающую боль.

Меня будто пробили копьем вдоль тела!

Я сгибаюсь и шиплю от боли сквозь сжатые зубы, ладони покрываются черными трещинами и зудят. Я рассыпаюсь подобно самому Волаглиону. Но какого черта? Я же заключил с ним сделку: отдал клинок и гримуар, а взамен потребовал оставить меня в доме… навсегда? Стоп. А я сказал «навсегда»?