Книга Демонхаус, страница 231 – Софи Баунт

Олифер?

Фигура убегает.

Что ж, прости, любовь моя, но тебе придется немного поголодать без завтрака, ибо у меня, похоже, появилось срочное дело.

Я пускаюсь вслед за Олифером, сворачиваю за угол, ныряю в пролет и останавливаюсь у высокой тяжелой двери в кабинет Волаглиона: поистине врата в ад. Серьезно, эта дверь выглядит так стремно, что на ней не хватает только таблички: «Повесься сразу, всяк сюда входящий». Овальная сверху, двустворчатая, украшенная железными фигурами змей, горгулий и заостренными колоннами по бокам, с надписями на латыни, высотой почти до потолка, эта дверь словно насмехается над всеми другими дверями в доме. Каждый раз проходя мимо этих пафосных врат, я гадал, что же за ними – ну, до того, как узнал, что это кабинет хозяина дома.

Раздается щелчок замка.

И дверь открывается.

Я вздрагиваю, ожидая увидеть демона, однако вспоминаю, что Волаглиона нет в доме, хоть он и может вернуться в любую секунду. Бордовый свет проникает в щель между створками, заранее окрашивая мое лицо в красный – ведь именно такого цвета оно станет, когда хозяин кабинета меня поймает, он на хер кожу с меня заживо сдерет. Однако делать нечего, нужно рискнуть. Понервничав, я протискиваюсь внутрь.

В кабинете темно, но аквариум светится, и видны очертания комнаты. Искать выключатель бесполезно. Демон освещает кабинет свечами. Нет ни люстры, ни торшера. Он сжалился только над собственными пираньями, установив им светодиодное освещение красного цвета, и у любого посетителя комнаты возникает чувство, что эти монстры плавают в крови.

Ладно, к делу.

Я начинаю копаться в ящиках. На горле пульсирует жилка, а внутри меня и вовсе сворачивается нечто горячее, словно все органы от страха и волнения нагрелись, как печка.

Где же искать гримуар?

Что там говорила Сара? Книга в стенах… в стенах… это прямо вот в стенах? Тайник? Сейф?

Терпеть не могу ребусы.

Я пробегаю пальцами по обоям, постукиваю кулаком. По идее, если за стеной пространство, то звук будет глухой, но, обогнув весь кабинет, ничего подобного я не нахожу. Я заглядываю за аквариум, потом пытаюсь отодвинуть шкаф… он чересчур тяжелый. Чертыхнувшись, я иду в следующую комнату, изучаю стены, заглядываю за картины, но тайников в моей копилке по-прежнему ноль.

Все время, что я двигаю мебель, в доме не затихают звуки скрипки. На ней играет Эмилия, про которую я совсем забыл. Хорошо, что ведьма вуду занята музицированием, а то бы пришлось и с ней что-то делать.

Я толкаю дверь в следующую комнату.

О как.

Спальня.

У входа горят свечи в длинных метровых канделябрах. Я беру одну из свечек и изучаю черные стены, на которых нарисованы различные символы. Посередине комнаты – огромная кровать, над которой свисает тяжелый бордовый балдахин. Окон нет. В одном углу алтарь с черепами (падла, человеческими!), а в другом такой могучий шкаф, что там и мамонт спрячется. Возрадуйтесь, фанаты писателя Льюиса, вход в Нарнию, кажется, обнаружен.

Эмилия играет на скрипке жуткую мелодию, из-за которой мне дурно до чертиков. Прибить бы ее этой скрипкой!

— Ну и где ты, зараза? – спрашиваю я вслух, словно гримуар перепугается и сам прыгнет мне в руки.

Я хожу по спальне кругами, глажу обои, стучу по стенам, надеясь получить реакцию с их стороны на мои прелюдии, а когда напрочь теряю надежду, то падаю на кровать, раскинув руки. Может, привести сюда Сару? Она что-нибудь почувствует своим третьим глазом. Я тоже колдун, но почему-то мой третий глаз работает лишь тогда, когда в магазине алкоголь по акции, и я каждый раз попадал на гребаные скидки. Не зря Ричард называет меня алкоголиком. У меня к этому делу талант.