Книга Демонхаус, страница 113 – Софи Баунт

— Когда следующее полнолуние? – спрашиваю я, тяжело хватая губами воздух.

Ощущение, будто кто-то ставит передо мной песочные часы. Песок сыплется, сыплется… песчинка за песчинкой… секунда за секундой…

— Эм, в середине января, – удивленно отвечает парень.

— Две недели, – шепчу я, сдирая ногтями обои. – Остались две гребаные недели…

Я застываю на лестнице, тогда как Иларий уже присоединился к гостям у нашего огромного вычурного готического камина. Мне нужно отогнать мысли о своей скорой смерти… вдох-выдох… кулак, которым я чуть не пробил столб кровати, ноет от боли… Так, спокойствие, нужно взять себя в руки. Хотя осознание, что моя последняя надежда вот-вот разлетится вдребезги, растекается по венам подобно яду, заставляет дрожать и тело, и душу.

Уколов палец об иглу на своей красной рубашке, я ищу, чем бы отвлечь себя, и вижу, что на ручке кресла сидит брюнетка, которую я наблюдал несколько месяцев назад в объятиях Рона. Уж кого я не ожидал увидеть в рядах ковена, так это ее.

Виса развалился в соседнем кресле, у его ног сидит платиновая блондинка с красивыми синими глазами. Она чем-то напоминает Сару. Катерина расположилась у камина, как и Менестрель, мрачный парень в элегантном черном фраке. Его я видел утром. Эталонный хмурый аристократ. К слову, никто не в курсе его настоящего имени.

Сара трет ухо, будто не особо желая слушать рассказ Макса – парень эмоционально размахивает руками, из-за чего половина налитого виски оказывается на гостях. Ковен даже не пытается его утихомирить. Это бесполезно.

— В Африке я вплавь чухал через реку. Вплавь, поняли? Вот, значит, добираюсь я до заветного бережка, выползаю на карачках, собирая рожей грязь. – Макс залпом осушает рюмку и обхватывает локтем шею Илария. – И тут на!

Он скидывает парня на пол с дивана, впивается зубами в его предплечье.

— Убери с меня свою грязную тушу! – визжит Иларий.

— В этом самом месте, да-да, мне в руку вцепляется крокодил! – восклицает Макс, тыча на влажный след от укуса на рубашке Илария. – Я ни хера не понял! Грохнулся обратно в речку, и эта рычащая ублюдина отхреначила мою руку. Выше локтя, братцы!

— Напомни, зачем ты переплывал реку? – скучающим тоном спрашивает Виса, покачивая бокал.

— Долгая история, дружище. Я гостил в одном племени, нажрался галлюциногенной коры и бросил вызов вождю. Короче… драпать пришлось куда глаза глядят. – Макс чешет рыжий затылок. – Так вот… хватаю я, значит, свою оторванную руку, а ногой бью гада по глазищам, желтым таким, жутким… И че вы думаете? Он отпускает меня, и я благополучно удираю на берег. Так вот вам мудрость, братцы: когда ты загнан в угол – грызи стены, как крыса!

— Мы благодарны за сей чудесный совет, – говорит Ричард, сидящий на камине и клюющий колбасную нарезку.

— Другим хоть оставь пожрать, – говорит Виса попугаю. – Куда в тебя помещается?

— Куда надо, туда всегда влезет, – огрызается Ричард и кидает в вампира салями, – забирай свою колбасу.

Виса высокомерно закатывает глаза.

— Я не ем животных, какая первобытная дикость… я ем людей.

Макс роется в трех своих мешках-плащах, радостно ойкает и вынимает из кармана толстую иглу, показывает всем.

— Вот! Этой иглой я пришил себе руку, плюс немного магии – и я как новенький, братцы! Врачи в Китае сказали, что руку словно и не отрывали, во как!