Книга Огни Эйнара. (не)настоящая, страница 35 – Магда Макушева

Странно...

Я моргнула, а потом качнула головой и списала это на игру света.

Рядом с мужчинами нашлась только одна женщина. Изящная блондинка не старалась привлечь внимание, потому что оно и так принадлежало ей. Мужчины, находящиеся по правую и левую руку от нее, то и дело склонялись к своей спутнице, обменивались короткими фразами, касались её руки или плеча естественно, без показной интимности, но с очевидной близостью.

Подобное поведение однозначно не вписывалось в принятые у землян нормы и казалось неправильным и ненормальным для моих человеческих моральных установок.

Я не знала ни их, ни их порядков, ни их отношений. Догадывалась, что они не люди, но не могла определить, с Эйнара эти разумные или нет, потому что обитаемый космос давно не ограничен только Содружеством, и пусть редко, но к нам все же прилетают инопланетники из других галактик и систем.

Или я все же что-то не так поняла?

Когда незнакомка наклонялась к своим спутникам, в их глазах будто вспыхнуло слабое свечение, а зрачки расширились, почти поглотив цвет, и от этой картины мне почему-то становилось не по себе.

Между вторым и третьим мужчинами, почти впритык к нам, расположилась маленькая светловолосая кудрявая девочка с белоснежной кожей и большими голубыми глазами. Она выглядела чуть старше Мисси и почему-то сразу напомнила мне фарфоровую куклу.

Я видела однажды такую в коллекции одного генерала из землян. Он рассказывал, что кукла досталась ему по наследству от предков и передавалась в его семье десятками поколений, пережив и войны, и природные катаклизмы.

Но это сравнение быстро улетучилось из моей головы, потому что девочка не сидела спокойно, как ее мать (наверное), а капризничала, требовала внимания, морщила нос и периодически отталкивала поднос.

Мужчины тут же реагировали — кто-то смеялся, кто-то уговаривал, кто-то приносил что-то новое. Женщина наблюдала за этим спокойно, с лёгкой, почти снисходительной улыбкой.

Третий мужской персонаж этой почти семейной сцены находился как бы чуть в стороне. Его поза была более закрытой, движения — сдержанными, взгляд чаще уходил в сторону, чем к женщине или девочке.

Он почти не участвовал в общем разговоре, лишь изредка кивая или отвечая односложно, когда к нему обращались напрямую, выбиваясь из этой странной компании сильнее остальных.

Когда каприз девочки перешёл в громкое недовольство, незнакомец с янтарными глазами вздрогнул.

Темноволосый мужчина тут же наклонился к ребёнку, второй что-то сказал женщине, а она, спокойно, без повышения голоса, сделала короткое замечание, что заставило девочку тут же сменить тон.

Я отвела взгляд первой, раздражаясь на себя за эту внезапную слабость и коря за то, что слишком долго рассматриваю посторонних разумных. Поэтому вернулась к изучению содержимого своего пищевого контейнера. Правда, ненадолго, потому что почувствовала, как Мисси опять напряглась.

— Она на нас смотрит, — прошептала малышка.

Я не сразу поняла, о ком она говорит, но "она" значило для девчушки потенциальную угрозу, и я слабо могла пока себе представить, как буду решать эту неожиданно возникшую проблему.

Голубоглазая девочка действительно повернула голову, и на мгновение наши взгляды пересеклись. Затем её внимание сместилось ниже и левее, к Мисси. В следующую секунду она приподнялась со своего места и зацепила мою малышку плечом.