Книга Недотрога для хищников. Единственная для двоих, страница 308 – Олеся Рияко

Поймав на себе мой взгляд, Рину вдруг показал мне большой палец. Видимо, запомнил этот жест и его смысл, когда мы были внизу, в грузовом отсеке.

Пункт второй. Предполётная диагностика.

Я придвинула к себе один из планшетов для быстрого ввода команд и ввела код на диагностику. По экрану справа от меня заскользили графики и строчки данных. Когда их поток иссяк, я ввела команду «Суммировать» и быстро убедилась, что запуску ничто не помешает.

Лианы, обвившие корпус корабля за долгие годы, серьёзным препятствием ко взлёту, разумеется, не являлись. Почивший капитан Цы Синь посадил корабль в хорошее место, под ним находилось твёрдое скальное основание, с которого можно было легко осуществить новый взлёт.

Пункт третий. Идентификация, разрешение доступа на манипуляции для членов экипажа.

Если всё, до уровня предполётной диагностики за капитана мог сделать даже судовой врач, то дальше начиналась зона высокой ответственности. Я ввела в выскочившую на экране табличку свой личный идентификационный номер и разрешила гостям ограниченный доступ к управлению кораблём. Для «Гость 1» — доступ к техническим данным, для «Гость 2» — к системам навигации. Присвоить им собственные имена было нельзя, для этого нужно было провести их полное обследование, позволить Катюше собрать о них данные, чему я не могла позволить случиться. Потому что не знала, как могла отреагировать ИИ, не найдя у них человеческой ДНК.

Пункт четвёртый. Выбор режима полёта.

Всего их существовало два, и назывались они странно — СНД, что с русского расшифровывалось как «сервиз на дачу» — набор функций, предназначенный для полётов над поверхностью земли, и СДГ — «сервиз для гостей», другой набор, с переходом в режим пилотирования в космическом вакууме. Аня как-то пообещала мне объяснить смысл этой русской идиомы, да так и забыла. Надо будет обязательно спросить у неё снова, когда мы опять будем вместе…

А я верила в то, что по-другому и быть не могло — мы обязательно снова будем вместе! Всего-то и осталось, что взлететь и как следует припугнуть собирателей своим появлением.

Я нажала кнопки в порядке, соответствующем запуску «сервиза на дачу», и «Гамаюн» едва ощутимо качнуло.

Я обернулась к киранцам. Рэвул уже закончил выводить на экране буквы. Но теперь тем же самым, высунув от усердия кончик языка, почему-то занимался Рину.

— Твоя Катюша сказала, что я пишу «как курица лапой», — хмуро сообщил мне Рэв и тут же спросил: — И ещё отказалась объяснять мне, что такое «курица». Сказала у тебя спросить. Это что-то обидное, да?

Я прыснула от смеха и махнула ему рукой, мол, всё в порядке.

— Я тебе потом расскажу, ладно? Рэв, Рину, пристегните ремни. Это такая кнопка жёлтая слева на подлокотнике.

Не думая дважды, Рэвул шлёпнул по ней ладонью первый, и его с отчётливым свистом опутали широкие ремни, надёжно зафиксировавшие тело в кресле.

Следом то же сделала я и Рину. Можно было приступать к последним приготовлениям.

Пункт пятый. Запуск двигателя.

— Повернуть ключ в положение «старт», дождаться активации маршевых двигателей и плавно отпустить систему стабилизации… — на всякий случай шёпотом напомнила себе я, шумно выдохнула, и…

Ничего не произошло. Совершенно ничего…

У меня засосало под ложечкой. Я немедленно повторила про себя порядок действий, проверила, всё ли нажала, всё ли отщёлкнула, после чего нервно прикусила ноготь на большом пальце и с ужасом посмотрела на приборную панель перед собой.