Онлайн книга «Недотрога для хищников. Единственная для двоих»
|
Обнявшаяся пара. Женщина с короткой стрижкой и длинноволосый мужчина с низким хвостом на затылке. Их лиц не было видно, но, судя по позе, в которой те замерли на изображении, они оба горько плакали, пытаясь успокоить друг друга. И снова женщина с короткой стрижкой, которая с тоской смотрит на что-то недорисованное, что должна была по задумке художника держать в руках. Красивая, но очень грустная. Я пригляделась к ней и подумала, что ребята на неё чем-то неуловимо похожи. Может быть глазами? Скорее всего. Если бы в тех на рисунке не было отражено столько печали… А ещё испачканные руки… Рину изобразил их с такого ракурса, словно они были его собственными. Мне показалось, что, если бы у него были красные чернила, испачканы бы те руки были именно красным. Затем шёл автопортрет киранца, на котором он словно бы смотрел на себя в зеркало и, с мертвенным выражением лица пальцем безжалостно оттягивал себе нижнее веко. На этом я решила остановиться и захлопнула блокнот. Там было ещё очень много потрёпанных страниц, явно хранивших какие-то рисунки, но я подумала, что это что-то слишком личное, чтобы лезть туда без спроса. Мне, конечно же, было очень любопытно… Но мама учила меня никогда не делать людям того, чего бы я не пожелала себе. Я бы не хотела, чтобы Рину без спроса полез в мой рюкзак и стал разглядывать фотографии в розовом альбоме. Это было бы… больно. Потому я поспешила убрать блокнот на место и решила отвлечься еще чем-нибудь, чтобы больше даже не думать о нём. Побродила по кают-компании, собирая разбросанный мусор и возвращая на место находящиеся в беспорядке вещи. Потом, поняв, что проголодалась, попробовала оставленные для меня Рэвулом, как он это назвал, «снеки»: рагу из тилгона и сублимированный креф, которые на деле оказались чем-то вроде начос и сырного соуса, только иной формы и цвета. А ещё я, конечно же, не хотела знать, из чего это всё на самом деле было приготовлено… Как бы там ни было, отвлекаясь снова и снова, на минуту или десять, я всё равно возвращалась к мыслям о Рэвуле и Рину. Ведь что, если этот Великий Собиратель заподозрит что-то и откажет им в покупке компонентов моего корабля? А что, если откажет в грубой форме и у них там на этой почве возникнет какой-то конфликт? Я видела, сколько всякого сброда было на этой базе… Какими бы Рэвул и Рину ни были сильными и проворными хищниками, от такой толпы вдвоём не отбиться. Вот уж им в такой ситуации точно не помешал бы снайпер! А я вместо того, чтобы быть там с ними, тем временем просто отсиживаюсь здесь. Нервная и запертая. И случись что, ничего не узнаю о том, что в итоге стало с моими вредными котами… Моими? Ну вот, вторые сутки с нашего знакомства, а я уже думаю о них, как о своих… Хотя им бы наверно понравилось. А вот интересно… что бы сказала на это, например, Лило? Наверно: — Двое сразу? —Пробурчала я, изображая небрежный испанский сарказм. — А морда твоя австралийская не треснет? Хоть по очереди, я надеюсь? Я засмеялась и закрыла лицо руками из-за того, что в него бросилась краска. Уж не знаю, что было смешнее — то, что сама с собой разговаривала в одиночестве, или то, что в двадцать один год до сих пор краснела, как школьница… разговаривая сама с собой в одиночестве. — Ужас… Аня бы на это сказала, что меня в психушке заждались. А потом что-то вроде… |