Книга Проданная его светлости, страница 5 – Лиззи Голден

Налетевший холодный ветер пробирает мое тщедушное тело до костей, забираясь под многочисленные рюши и банты. Платье-то пышное, но только с виду — ни капли не греет. Как будто голышом здесь стою. И только наблюдаю, как с каждым словом все ниже и ниже роняют мое достоинство.

Точнее — играют им, перебрасывая как пушистый мягкий мячик над костром. Игра у нас в деревне такая есть — кто уронит, тот и в костер лезет голыми руками, чтобы вытащить. В этом случае лезть в огонь придется мне. Причем, каждый раз, без исключений.

— Никто и не собирается, — обиженно сопит тетя. — Да только герцог обещал взамен золото… много золота. И я что-то его не вижу.

— Ах, да, — небрежно произносит та, будто говорит о чем-то незначительном. — Альмар! Джек! — Эстелла оглушительно свистит, вложив два пальца в рот.

Кальмар?

Бедные расфуфыренные сестры опять чуть не падают. А теперь уже пячусь я, когда, освободившись от упряжи, к нам шагают два дракона!

Один громадный, ростом с вон тот дуб. Другой поменьше, но все равно страшненький.

И земля под ними дрожит. И дом.

Я видела кальмаров только на картинке. Они такие бледные, с щупальцами. Вовсе не с когтистыми. Кажется, Эстелла что-то напутала.

— Они нас всех раздавят! — вопит тетя Клотильда, прячась за дочерьми.

— Они сожгут нас! Спасите! — визжит Берта, а Аида, немного подумав, грохается в обморок. Во весь свой рост-каланчу.

А может, сожрут? Очень уж выглядят устрашающе эти морды. Не успеваю я попрощаться с жизнью, как один из драконов, который покрупнее, открывает пасть и выплевывает прямо на порог что-то звенящее и тяжелое.

Мешок с золотом?!

Надо же, как я оказалась права.

А вот и второй — от второго дракона. Весь заслюнявленный, но большой, в человеческий рост. Герцог не обманул.

Если, конечно, внутри золото, а не булыжники.

Будто читая мои мысли, Эстелла достает короткий кинжал из-за пояса и одним взмахом вспарывает мешок.

Золото сверкает так, что большой дракон не выдерживает и отворачивается. Малыш смачно облизывается, а потом стыдливо опускает голову.

— А… а… третий? — пищит тетя, держа Берту за шкирку, потому что та, забыв о приличиях — если она вообще о них знала, — рвется к мешкам.

— Джек! — Эстелла сурово смотрит на смущенного маленького дракончика — относительно маленького, конечно, — но тот мотает головой и смотрит на нее честными глазками. — Альмар?! — продолжает та допрос уже на повышенных тонах. — Нет, ну вы серьезно? А еще управляющий! А ну выплюнули, быстро!

Гигантский дракон, который отвернулся и собрался было уходить, со вздохом поворачивается — так, что хвостом чуть забор не сносит, — открывает пасть пошире, издает не слишком приличный звук и только потом выплевывает еще один обслюнявленный мешок.

Эстелла какое-то время буравит его взглядом.

— Не ожидала от вас, Альм, — укоризненно произносит она. Дракон снова вздыхает, отчего в доме звенят окна и скрипит черепица.

— Пойдемте уже, а то вы здесь все обвалите, — приказывает она.

Обо мне она будто забыла. А нет… не успевает она отойти на несколько шагов от крыльца, как что-то невидимое крепко обхватывает меня за талию и тянет вперед.

Как собаку за поводок.

Руки свободны, но… это ничего не дает.

Ничего не остается, как идти. Сопротивляться — себе дороже.

Мелькает мысль повернуться и хотя бы сказать «до свидания» тем, кто меня приютил, бедную сиротку, дал кров и не выгнал на улицу. Но понимаю, что «свидания», скорее всего, больше не будет.