Книга Проданная его светлости, страница 41 – Лиззи Голден

Этой ночью я спала в своей комнате.

И все последующие ночи тоже здесь проведу. Фабиан четко поставил между нами границы. Правда, ничего не объяснил, но… мне не нужно говорить дважды о некоторых вещах, чтобы понять.

И не потому, что мне не терпится прыгнуть в его постель… просто я представляла себе это заточение в более мрачных красках.

И все мои ожидания пока что не исполнились.

Кроме одного: меня не выпускают за пределы замка. Хоть я и считаюсь женой герцога — на бумаге, в той самой магической книге, что старичок, наевшись от пуза, забрал с собой, — но все-таки себе не принадлежу.

Фабиан за такое короткое время перестал меня пугать и отталкивать своим странным поведением. Наверное, с того момента, как я узнала его имя.

Мне хотелось снова увидеть тот сон. Снова и снова просить Фабиана бороться со мной на мечах, а потом выпускать драконий огонь из руки… как будто мне это доступно.

Но я проспала свою первую брачную ночь без сновидений.

Список Альм получил с указанием, что мне нужна новая заколка, еще несколько панталон, ваза, чтобы поставить свадебный букетик — как-то жалко стало его выбрасывать — и еще по мелочам. К запаху странных фиолетовых роз я уже притерпелась, и мне не хотелось думать, что цветы умрут, не прожив и дня.

Как и наши с Фабианом отношения. Если это вообще можно так назвать.

Вазу мне принесли через пару минут — Альм взял ее в одной из комнат. И теперь стол украшает вот такой необычный букетик.

Если я раньше не видела таких роз, это не означает, что их не существует.

Альм сказал, что согласует список с его светлостью. Я не возражала: платить-то за все будет герцог.

Когда управляющий ушел, — а может, улетел в виде дракона, ведь так куда удобнее и быстрее добраться до Талмора, чем скрипеть на повозке или даже в карете по проселочной дороге, — я, недолго думая, собралась и тоже вышла.

Сначала во двор. А потом подошла к поднятому мосту. Увидела механизм, с помощью которого его можно опустить и перебраться на ту сторону оврага. Всего-то пара пустяков. Но не успела дотронуться до ручки-вертелки, как мои пальцы натолкнулись на невидимый барьер.

Точнее — он был невидимым, пока я не влезла. А потом засиял голубыми, синими, розоватыми разводами, образуя магическую стену, которая тянулась на протяжении всего оврага и уходила далеко вверх.

Поспешила уйти, сделав вид, что я здесь не при чем. И как нельзя ясно ощутила: я здесь пленница.

Замужем поневоле за человеком, который меня не любит, а просто разглядывает, как диковинку, дарит подарки просто потому, что может. Но не любит. Если бы любил — он бы не скрывал ничего важного от меня.

Например, кто я такая.

Почему он выбрал именно меня в жены? Что это за игра?

И самое главное: кто такие бездонники, и как лечить эту заморскую болезнь, раз уж моя магия не в силах с ней справиться?

Впрочем, в последнем не уверена. Мне ведь даже не дали попробовать!

Расспрашивать Дару или ту же Эстеллу нет смысла. Они-то все знают, но поговорить со мной по душам вряд ли захотят. Особенно Эстелла.

Вообще не понимаю, почему герцог ее тут держит. Он что, не видит, что она на него запала? И теперь страдает, плачет по углам и ненавидит меня. Как будто я в чем-то виновата, а не жертва чьей-то прихоти.

Походив по двору, вернулась в замок и позавтракала остатками вчерашнего пира. Дары на кухне не оказалось, я сама себе разогрела лапшу, жаркое и взяла два пирога.