Книга Одна ночь, страница 83 – Татьяна Захарова

— А почему я должна обижаться на тебя? – удивилась Надя. – Оль, ты не можешь отвечать за чувства других. Да и я догадывалась о его чувствах к тебе.

Чуть успокоившись этими словами, огляделась в поисках своей сумки. Я же её на кровати оставляла. Неужели муженек забрал?

— Я быстро, – предупредила девчат. И проскользнула в ту комнату, где мы с мужем в прошлый раз ночевали. Витя ждал меня буквально за дверью. Понимал, гад, что я пойду искать свои вещи.

— Оль, перестань творить полную дичь,– предложил он, когда я, игнорируя его, шагнула к кровати, на которой стояли наши сумки. – Оставайся здесь спать. Я тебя не трону.

— Иди в пень, – пожелала я, забирая сумку. За дверью раздались мужские голоса, и я нерешительно замялась, ожидая, когда парни разойдутся по комнатам. Пользуясь случаем, решила уточнить один момент. – Аня, действительно, ещё прошлой зимой просила «одолжить» меня Диме на пару дней? – Витя приподнял брови от удивления и после паузы кивнул. – А почему ты Диму не послал так же, как Аню? Далеко и надолго?

— Дима – мой брат, – мрачно ответил он. – И…

— Можешь не продолжать.

Я вышла в коридор и юркнула в комнату для девочек. Быстро переоделась в теплую пижаму со снеговиками и забралась в кровать к сестре. Думала, что алкоголь сделает свое дело и меня срубит моментально. Но не тут-то было. Девчата уже вовсю сопели, а я всё крутилась на постели, ища место поудобнее. В конце концов, сдалась и решила поискать внизу что-нибудь в сон вгоняющее. Может, кто-нибудь чай с мятой привез? Сама я никаких таблеток (кроме противозачаточных) с собой в поездку не взяла. Да и не нужны мне раньше были успокоительные. Не найду чай, хряпну текилы. Крепкий алкоголь поможет отключиться. По крайней мере, я очень рассчитываю на это.

Тихо спустилась вниз. И не включая свет, проскользнула на кухню. Чая с мятой не было. Текилу, несмотря на принятое решение, пить не хотела. И что же делать? Понюхала текилу и сморщилась. Отставила в холодильник и достала тетрапак молока.

— Радует, что ты не пьешь в одиночестве, – раздался сзади знакомый голос. Сердце подскочило в груди от испуга. – А то это уже на алкоголизм смахивает.

— Сказал человек, глушащий коньяк в одну харю, – буркнула я, отступая назад и ставя тетрапак на стол. Дима усмехнулся и приблизился. Заставила себя остаться на месте, не желая устраивать догонялки. Он все ещё был в черной водолазке, выгодно подчеркивающей сильные руки и крепкий торс. И в этот момент его запах ударил в нос, мускатный орех и древесина. Странно раньше мне нравились свежие ароматы у мужчин. Тогда что сейчас со мной происходит? Я все-таки отступила на полшага назад, стараясь дышать ртом.

— Оль, тебе не кажется, что нам стоит поговорить? – серьезно спросил Дима.

— Не кажется, – хмуро ответила я. – Нам нечего обсуждать. Вы с Витей поступили мерзко той ночью. Но я даже вспоминать о ней теперь не хочу, – шагнула в сторону, намереваясь обойти Диму. Не позволил, шагнув параллельно мне.

— Я слышал, что ты сказала Ане в комнате, – тихо признался он. – А значит, ты в курсе, что она просто привязала меня к себе этим ребенком.

— И? – я вздернула бровь, не показывая внутреннего смятения.– Разве это что-то меняет? – я снова шагнула вбок, ещё ближе к холодильнику. И попыталась проскользнуть мимо Власова. А в итоге, оказалась прижата спиной к холодильику. Дима обхватил руками мое лицо и начал пальцами обрисовывать черты моего лица. Скулу, нос, щеки, губы. Я же уперлась руками в его грудь, пытаясь высвободиться. – Отпусти меня.