Книга Соткана солью, страница 104 – Полина Раевская

— Давай, детка, покажи, как тебе охуенно со своим Щеночком.

И внутри меня обрываются незримые тросы, отправляя в сумасшедший, эйфорический полет, от которого я припадочно дрожу и плачу, не в силах осознать происходящее. Мне хорошо, впервые так примитивно на физическом уровне хорошо и от этого становится хорошо и ментально. Потому что я впервые кончила не от того, что придумала в своей голове сценарий и своего идеального мужика, которого приятно представить вместо того, который перетрахал все, что движется, но так и не смог удовлетворить собственную жену, а благодаря тому, которого действительно захотела и который, забыв о себе, сделал все, чтобы мне было с ним в кайф.

Кстати об этом…

— А ты? – выдыхаю хрипло, не до конца еще придя в себя, когда Богдан подхватывает меня на руки и несет к вертолету.

— А что я? Перебьюсь, перед боем полезно. Или хочешь предложить свою помощь и поработать ротиком или ручкой? – дразнится он, но поскольку у меня совершенно нет сил даже ворочать языком, не то, что показушно негодовать, просто выдаю:

— Ну, я могла бы.

И я действительно могла бы. Более того, мне даже хочется: коснуться, приласкать, сделать нуждающимся. Честно, я ожидала, чего угодно на свое предложение, но уж точно не то, что прозвучало в ответ.

— Значит ли это, что ты согласна на отношения со мной?

Что? – моментально прихожу в чувство.

Как у Красавина вообще одно из другого вытекает? Да и в целом…

— А тебе нужны отношения?

— А ты разве из тех, кто трахается просто так?

Что ж, резонно, конечно, но опять же мне не дает покоя уже набивший оскомину вопрос.

— Зачем тебе я?

Богдан, усмехнувшись, качает головой, будто говоря: “Женщина, ты неисправима!”, но вслух в своей снисходительно – покровительственной манере произносит:

— Затем, чтобы, носить тебя на руках, говорить о всякой херне, целовать твой маленький, ядовитый ротик, кормить картошечкой, трахать, как девочку-целочку, и любоваться твоими веснушками. Этого мало?

У меня внутри начинает легонечко трепетать, щеки розовеют, в горле встает ком, а на языке крутится: “Не мало. Но достаточно ли?”. Конечно, не попробовав, не узнаешь, но вот отношения…

Какие у нас могут быть отношения?

— Итак, что мы делаем? Может, что-то новенькое? Как говорится: новый мужик – новая причёска? – играя своими татуажными бровями на полном, чернокожем лице, предлагает Мамочка Доу – один из самых востребованных стилистов в Элэй и просто крутая тетка, попасть в списки клиентов которой, мне посчастливилось только благодаря Надюше.

— Кто тебе сказал, что у меня новый мужик? – мгновенно напрягаюсь.

Только слухов мне не хватало. Хоть мамочка Доу и была своим в доску человеком: стилистом-колористом, подругой и психологом в одном лице, у которой все было строго и конфиденциально, через ее огромные ручищи с ярким маникюром и короткими, похожими на сосиски пальцами, проходит большая часть светской тусовки, и сплетни она знает из первых уст.

— Рыжуля, мне ничего говорить не надо. У тебя на лице все написано. Такие горящие огнём глаза и сытую мордаху, помолодевшую лет на десять никакими инъекциями не наколдуешь, кроме животворящих от толкового мужика.

Она подмигивает, а я не могу не улыбнуться, с удивлением признавая – счастье решает.