Книга Поворот на лето, страница 14 – Алексей Котейко

Рыжий всё ещё походил на мягкую игрушку, оставался немного неуклюжим, но постепенно начинал превращаться в подростка. Любопытства у щенка прибавилось, иногда он тайком прокрадывался из кухни в холл или гостиную первого этажа – по счастью, так и не попавшись на глаза хозяйке дома – а однажды прошмыгнул в дверь кухни, когда Иван оставил её незакрытой, занося внутрь покупки. Пёс уже хорошо ориентировался в саду и прямиком направился к давно заинтересовавшему его строению: знакомый запах птичника продолжал вызывать воспоминания о жизни на ферме. Но тут лохматого исследователя поймала Кристина и, несильно шлёпнув, на руках отнесла обратно в дом.

Злюка на кухню не заходила никогда. В отсутствие гостей она всего однажды потребовала доставить ей Рыжего, и Яне пришлось минут десять держать того на руках, пока хозяйка с увеличительным стеклом изучала шерсть на животе щенка. Затем такому же тщательному осмотру подверглась внутренняя поверхность ушей. Результаты исследований, похоже, не удовлетворили Злюку, потому что та как-то очень уж резко велела отнести пса обратно на кухню. Иван, постоянно находившийся в предвкушении назревающего скандала, только расхохотался, когда горничная и кухарка вечером рассказали ему о случившемся.

— И ничего не нашла?

— Ничего.

— Значит, права кинолог, – мужчина потёр ладони. – Ох и сядет карга в лужу!

— Ты объяснишь или нет? – сердито спросила Кристина.

— Кто-то, похоже, намекнул ей, что у породистого щенка должно быть клеймо. Татуировка. Или на животе, или на ухе, изнутри. А у этого нет ничего.

— А ты откуда знаешь? – не поняла Яна.

— Да я много чего знаю. Натура такая, любознательная.

— Как же, – фыркнула кухарка.

— Когда ездил за кормом и витаминами, поинтересовался в клинике, как можно отличить породистого щенка от беспородного. Вот мне и рассказали. Тот тип, что привёз пса, поленился возиться с татуировкой, или просто не знал, что она нужна, – шофёр с видом победителя сел на стул и принялся размешивать сахар в чашечке с кофе. – А, может, не рискнул делать сам, но в то же время побоялся и привлекать к этому кого-то другого. Или просто решил не делиться ни с кем барышом.

— Либо тут какая-то ошибка, – предположила горничная.

— Брось! Мне совершенно ясно и чётко сказали – должно быть клеймо. Там код, который совпадает с кодом в документах. Интересно… – он сделал глоток, потом потянулся к вазочке с печеньем, – а карга ещё не звонила своему «заводчику»? Готов поспорить, номер окажется липовым. Его наверняка давно и след простыл.

— Ну, если так, то и выставки никакой не будет, – заметила Кристина, беря в руки свою чашку с кофе.

— Ты что, плохо её знаешь? Ещё как будет! Она наверняка потащит пса на выставку, чтобы окончательно убедиться. Пан или пропал. Не завидую я тебе, лохматый, – докончил он с недоброй ухмылкой, глядя на сидящего у ног Яны щенка.

Машина походила на те, что никогда не останавливались у «Рая»: новенькая, блестящая – правда, не чёрная, а белоснежная, и с самыми обыкновенными номерами. Автомобиль заявил о себе ещё издалека мощным рёвом мотора. Звук накатил с севера, от перевала, и сверкающая комета, заляпанная понизу грязью, лихо затормозила у главного входа. Несколько завсегдатаев ресторанчика, преимущественно стариков, потягивавших на веранде кофе, оглянулись на звук.