Книга Когда в Чертовке утонуло солнце, страница 80 – Алексей Котейко

И в этот момент на втором этаже дома Фауста прогремел взрыв.

Из искорёженного свинцового переплёта окошек всё ещё продолжали падать на мостовую круглые стёклышки, а ротмистр уже распахивал дверь:

— Чтоб ему пусто было! Что он там у себя намешал⁈ — проворчал пан Бочак, устремляясь в темноту дома. Максим поспешил за ним.

Со второго этажа донёсся слабый вскрик, какая-то возня и кашель. Громыхнул выстрел — и Макс услышал лязганье клинка, который ротмистр торопливо выхватил из ножен.

— За мной! — коротко приказал Бочак, взбегая по лестнице.

То ли у ротмистра было поистине кошачье зрение, то ли просто сказывался опыт службы, но, ещё не достигнув верхней площадки, он одним прыжком преодолел последние ступени и, ухитрившись извернуться в воздухе, приземлился на спину, яростно размахивая своей короткой скьявоной. Удар его пришёлся по ногам верзилы, который, пытаясь проломить череп пан Бочака, глубоко загнал свой топор в стену. Верзила рухнул. Не дожидаясь, пока он успеет что-либо предпринять, ротмистр коротким движением резанул нападавшего по горлу. Раздался булькающий хрип.

— В комнату! — рявкнул Бочак, поднимаясь, и Максим, пробежав мимо него, нырнул в дверной проём, из которого валил густой, пахнущий химикалиями, дым.

Здесь было значительно светлее: в очаге пылало пламя и горела часть свечей в подвешенном к потолку деревянном ободе, так что было хорошо видно обстановку, и исчерченные пентаграммами и загадочными символами стены лаборатории. Большой и, похоже, тяжёлый, рабочий стол был опрокинут; на полу блестели осколки стекла и керамики. Фауст, зажимая простреленное левое плечо правой рукой, скорчился в дальнем от входа углу. У ног чернокнижника лежала небольшая бутыль с плотно притёртой и залитой сургучом пробкой; в бутыли переливалась какая-то жемчужно-белая субстанция.

Между хозяином дома и младшим стражем оказались двое. Первый, повыше ростом, ещё держал в левой руке разряженный пистоль, а в правой — короткий тесак. Второй, пониже, был вооружён широкой итальянской чинкуэдой, и в дополнение к ней имел кистень: к короткой деревянной рукоятке был на цепочке подвешен металлический шарик, который сейчас чуть покачивался, играя в отблесках пламени. Оба бандита были в просторных чёрных балахонах с капюшонами; лица до самых глаз закрывали маски.

Первым ударил коротышка, и именно кистенём. Шарик свистнул, словно пуля, и с хрустом врезался в дверную притолоку. Успевший увернуться Максим рубанул палашом, но шустрый нападающий уже был вне досягаемости, снова раскручивая кистень. Высокий повернулся было к Фаусту, намереваясь добить раненого, но младший страж ткнул в него клинком, пытаясь не столько достать противника, сколько отвлечь его внимание.

Отвлечь получилось — второй бандит, перехватив пистоль за ствол, навалился на Макса, орудуя одновременно тесаком и рукоятью. Несколько ударов пистолем пришлись вскользь по шляпе, и парень порадовался, что под толстой кожей голову прикрывает ещё и шлем. Один удар, особенно ощутимый, отозвался звоном в левом ухе.

На счастье Максима, налётчики не были профессионалами в фехтовании. Коротышка с кистенём, подгадав момент, попытался подсечь ноги младшего стража, и тому пришлось парировать удар палашом. Цепочка захлестнулась вокруг клинка, высокий бандит кинулся вперёд, но тут ему преградила дорогу скьявона.