Книга Когда в Чертовке утонуло солнце, страница 70 – Алексей Котейко

— Надеюсь, — согласился Макс, снова вспомнивший про том, чем в итоге закончилось подобное противостояние в его мире. Шустал как-то странно взглянул на приятеля, будто хотел о чём-то его спросить — но потом пожал плечами и промолчал.

— Интересно, — подал голос Максим. — А что у них общего с паном Майером?

— Ну так ведь оба служат императору.

— Настолько самоотверженно, что третий секретарь по служебным вопросам отправляется к советнику на дом?

— Может, они приятели, откуда ж мне знать. Какая нам-то разница? Мы за сладостями будем возвращаться?

— Будем, — решительно кивнул парень.

Максим знал этот маршрут, потому что на панорамах проходил его сотни раз: по Карлову мосту и вглубь Малой Страны, потом вправо, мимо базилики Святого Микулаша, до Туновской улицы — в здешнем мире всё ещё носившей своё старое имя «Под ступенями» — а там налево и вверх, к Граду, по Новой замковой лестнице. Он мечтал пройти этим путём, если когда-нибудь попадёт в Прагу; но ему совершенно не нравилось, что кто-то ещё знает про те мечты.

Младший страж поднимался по ступеням медленно, периодически оглядываясь назад. Мала Страна была укутана плотной пеленой тумана, над которой высоко в небе серебрился серп набирающего силу месяца. Барочного воздушного силуэта базилики, к слову, на положенном месте не оказалось, поскольку здесь её заменял более древний готический костел, тоже посвящённый Святому Микулашу.

Новая лестница, как ей и положено, выводила на Градчанскую площадь, вот только справа и в помине не было ни нового королевского дворца, ни статуй гигантов, ни даже ворот Матьяша. А были бастионы с торчащими между зубцами стен жерлами пушек и подвесной мост над широким и глубоким рвом, гулом отозвавшийся на шаги одинокого прохожего.

Не было у ворот и стражи, что насторожило Максима. Он ещё раз оглянулся вокруг, но теперь и Градчаны на другой стороне маленькой площади укутывал плотный туман.

«Всё-таки сплю», — подумал парень, хотя облегчения эта мысль не принесла.

Он прошёл через второй двор, оказался в третьем, и медленно побрёл вокруг одетого в строительные леса собора Святого Вита. В голове крутились какие-то обрывки прочитанной в книгах информации — что-то о достройке, привнёсшей в готический собор первые элементы барокко.

Макс пересёк соборную площадь и направился в неширокий проход справа от базилики Святого Георгия. «Ну, хоть так попаду на экскурсию по Граду», — усмехнулся он, выходя на перекрёсток позади только недавно отстроенного дворца Рожмберков. Максим уже понял, куда ведёт его то ли сон, то ли чей-то точный расчёт, но альтернативных вариантов вроде бы не было. Младший страж поправил пояс с палашом, надвинул поглубже шляпу, ещё разок оглянулся назад — а когда повернулся, увидел, что стоит на перекрёстке уже не один.

Женщина в белоснежных струящихся одеждах, словно сотканных из самого тумана, не была ни красавицей, ни дурнушкой. Максу подумалось, что такие лица можно встретить по всему свету: миловидные, не слишком примечательные, даже порой не запоминающиеся. Пухлые щёчки, маленький рот с тонкой линией губ, прямой нос. Но вот глаза… Глаза были большими, тёмными и внимательными, они спокойно смотрели на младшего стража, и парню померещилось, что где-то в глубине этих глаз временами проскальзывает отблеск то ли лунного, то ли звёздного, света.