Книга Когда в Чертовке утонуло солнце, страница 40 – Алексей Котейко

— У меня предписание привести силой, — на всякий случай уточнил Шустал. Вместо ответа раструб мушкетона повернулся и теперь смотрел точно на капрала. Максим судорожно сглотнул: они с Иржи стояли сейчас плечом к плечу, а, насколько помнилось парню, мушкетон был сродни средневековому дробовику, давая бешеный разлёт заряда и по самой цели, и по пространству вокруг неё.

— Пан Фауст, за сопротивление — десять суток ареста, — всё так же спокойно предупредил Иржи. — А если нам придётся выламывать дверь, ремонтировать её вы будете за свой счёт.

Мушкетон неуверенно повернулся влево-вправо, будто раздумывая, не выбрать ли другую цель. Потом всё-таки грянул выстрел.

Макс невольно зажмурился, ожидая, что сейчас в тело вопьются какие-нибудь ржавые гвозди и кусочки нарубленного свинца — но ничего такого не произошло. Вместо этого из раструба вырвалось облако золотистого то ли пара, то ли дыма, в котором виднелись алые прожилки, и, быстро разрастаясь и распухая, превратилось в упитанного дракона, стоящего на задних лапах. Дракон повёл увенчанной рогами головой, оскалил зубастую пасть и, принюхиваясь, высунул раздвоенный язык.

Десятка отпрянула, пикинёры выставили вперёд пики, мушкетёры уже клали мушкеты на сошки и брали дракона на прицел. Максим, открывший один глаз, с удивлением покосился на приятеля: Шустал стоял на том же самом месте, невозмутимо скрестив на груди руки.

Дракон кинулся вперёд. Капрал выбросил ему навстречу ладонь, в воздух взметнулось облачко розоватого порошка. На лету оно оформилось в большой и очень красивый цветок, похожий на орхидею. Драконья морда замерла над цветком в каких-то сантиметрах, продолжая принюхиваться и скалить зубы. Затем чудище тоненько заворчало, протянуло когтистые лапы и, осторожно взяв цветок, принялось баюкать его.

Младший страж в полном изумлении рассматривал эту картину: дракон с орхидеей в руках уменьшался на глазах, пока не стал размером с кошку — а потом с лёгким хлопком осыпался на камни мостовой горсткой золотистой пыли, в которой виднелись алые и розовые крупинки.

— Умный, да? — послышался со второго этажа все тот же ворчливый голос. — Чтоб вас всех хохлики драли. Не стреляйте. Выхожу.

— Что это было? — тихонько поинтересовался у приятеля Максим, когда они направились к дверям дома Фауста, ожидая выхода хозяина. Десятка выстроилась полумесяцем чуть позади своего командира.

— Порошок магистра Ди.

— Джона Ди? — Макс уже не слишком удивлялся.

— Ага. Они там у себя, на Златой уличке, чего только не готовят.

— Ты заранее знал, что Фауст напустит на нас дракона?

— Конечно, нет, — покачал головой Шустал. — Этот порошок в принципе отменяет алхимическое превращение. Дым — дракон — порошок — пыль. Как-то так. Я был уверен, что Фауст не станет банально палить в стражников, за такое дело его бы уже завтра вывели на эшафот. А дракон — поди ещё докажи, что он был, и что он был выпущен с умыслом причинить вред. Да, скорее всего, Фауст и не думал всерьёз вредить нам, просто попытался пугануть наудачу.

— А мне такую штуку можно?

Иржи усмехнулся.

— Нельзя. Это часть офицерского снаряжения. Можно купить за свой счёт, но будет очень уж дорого. В свободной продаже алхимики не постесняются содрать три шкуры, а нас они снабжают бесплатно, по особому императорскому указу.