Книга Когда в июне замерзла Влтава, страница 113 – Алексей Котейко

— Страж! — рявкнул Врбас. — Сюда, я сказал!

Что-то зашаркало в темноте прохода, и Шустал с Резановым заторопились. Они были почти у подножия каменной груды. Здесь тоже стояли предметы: разнообразные склянки и сосуды, с плотно закрытыми и запечатанными крышками. Металлические, глиняные, стеклянные, заросшие пылью и паутиной, с непонятным содержимым.

— Ты всё ещё не хочешь расстраивать дедушку? — иронично поинтересовался Иржи. Каноник хохотнул:

— Попробуйте, попробуйте, пан.

— Бесполезно, — качнул головой Макс, глядя на Шустала. — И да, я всё ещё не хочу расстраивать дедушку.

— Князь Болеслав не церемонился.

— Это его дело, ему и отвечать.

— Золотые слова, пан Резанов! — раздался в пещере знакомый голос.

Мессир Фаланд шагнул из темноты прохода и остановился, уперев руки в бока. Петушиное перо на тирольской шапочке задорно всколыхнулось.

— Почтение к старшим — добродетель, которую лично я разделяю и уважаю, — заметил он, неспешно направляясь к менгирам.

— Зачем вы здесь? — спросил Врбас. Он старался говорить спокойно, но теперь в голосе колдуна уже не было прежнего торжества победителя. Напротив, в нём, пусть и едва заметно, слышалась неуверенность.

— Как зачем? — удивился Фаланд. — Контракт, пан Врбас. Время сводить счёты. Вы так не думаете?

— Безусловно, — согласился колдун, и сейчас голос его явственно задрожал. — Но я хотел бы сперва закончить…

— Это излишне, — рука с длинными тонкими пальцами взлетела вверх, прерывая каноника. — Вы ведь здесь? В гробнице князя Крока?

— Да… — Врбас посмотрел по сторонам, словно желая убедиться, что он и вправду здесь.

— И получили то, что хотели?

— Да.

— Может быть, у вас есть какие-то претензии? — вежливо осведомился хозяин тирольской шапочки. Он даже остановился на секунду-другую, чтобы оглядеться по сторонам, будто прикидывая, всё ли содержимое пещеры на месте. Так декоратор мог бы осматривать результаты своих трудов.

— Нет.

— Значит, настало время и вам отдать то, что хочу я. Верно?

— Я…

— Верно, пан Врбас? — высокий худощавый человек не повысил голос, не перестал улыбаться. Но в мгновенно заледеневшем воздухе гробницы повисло ощущение угрозы.

— Верно, верно, — торопливо согласился колдун. — Но я…

— Вы второпях забыли о моей маленькой просьбе, — кивнул Фаланд. — Понимаю. Головокружение от успехов, так сказать.

К удивлению стражников, каноник шагнул к краю менгира и принялся высматривать что-то внизу, среди расставленных у подножия камня сосудов. А потом прыгнул.

Максим, переводивший взгляд то на Врбаса, то на ёмкости на полу, метнулся наперерез колдуну, но тот, уже съезжая по грубо обработанной грани камня, взмахнул посохом, и Резанов рухнул, будто придавленный сверху всей толщей земли над ними. Однако Иржи оказался более удачливым: до колдуна ему было чуть дальше, и капрал не стал уточнять, что именно Врбас высматривает на полу. Вместо этого Шустал кинулся на самого каноника, ухватил его как раз в тот момент, когда колдун собирался вновь взмахнуть посохом, и, охнув от боли в сломанных рёбрах, повалился вместе с противником на пол.

Макс, извиваясь ужом, пополз к сосудам, слыша за спиной пыхтение борющихся Врбаса и Иржи. Потом раздался короткий пронзительный крик Шустала, торжествующий вопль каноника — но Резанов уже схватил небольшой флакон, сделанный то ли из толстого стекла, то ли из хрусталя.