Книга Когда в июне замерзла Влтава, страница 104 – Алексей Котейко

— Всё будет хорошо.

— Твои слова да Богу в уши, — вздохнул Макс.

* * *

Двухколёсная тележка палача, на которой обычно доставляли арестантов к месту казни, катила под снегопадом по изрядно опустевшим улицам Праги. Врбас сидел в стальной клетке, словно нахохлившаяся птица, не произнося ни слова и не глядя по сторонам. Пан Чех вёл под уздцы лошадку, позади шагали Иржи и Макс.

Резанов машинально поправил пояс, провёл рукой по сумке. Там, среди прочих вещей, теперь был спрятан стеклянный флакончик. Ещё один такой же имелся у Шустала. Изначально этих склянок было три, и именно при помощи одной из них был устроен липовый пожар у дома Георга Шилгана. Вещество, которое алхимики со Златой улички называли «Пламя Святого Эльма», при контакте с воздухом давало полную иллюзию настоящего огня — с треском, жаром, искрами и разрастающимися языками, но по мере испарения зелья затухало и пропадало, оставив после себя совершенно целыми только что «горевшие» предметы.

Маленького флакончика должно было хватить примерно на четверть часа эффектного шоу, хотя для друзей ценность этого снаряжения заключалась совсем в другом: пламя Святого Эльма было способно разогнать особенно настырных призраков. В случае, если бы Врбас, вопреки своим обещаниям, не сумел — или просто не захотел — защитить стражников внутри Святовацлавского замка.

У капрала-адъютанта имелись также подозрения насчёт того, что пан командор вовсе не собирается плясать под дудку каноника, и что этой ночью на Здеразе будет на редкость многолюдно. Однако на протяжении всего пути до места назначения они замечали лишь редких случайных прохожих, а у самого замка, пользующегося среди пражан дурной славой, и вовсе не было ни души.

— Выходи, — Войтех отпер дверь клетки и, когда арестант выбрался наружу, принялся снимать с него кандалы. Врбас поднял голову к небу, с наслаждением вдохнул полной грудью и, раскрыв рот, проглотил несколько кружившихся в воздухе снежинок.

— Рука не помешает? — спросил Макс, кивнув на обрубок. Каноник, повернув к парню лицо, несколько секунд смотрел на него. Потом презрительно скривился:

— Не помешает.

— Предупреждаю…

— Да-да-да, — раздражённо махнул культёй колдун. — У вас приказ убить меня на месте, если вдруг возникнут какие-либо подозрения. А если это просто обманка, чтобы потянуть время — меня передадут палачу, и уж тогда ни о какой милосердной смерти и речи быть не может, — он поймал ртом ещё несколько снежинок. — Не беспокойтесь, паны стражники. Сокровище самое настоящее.

— И его можно достать, не жертвуя чью-то жизнь? — недоверчиво спросил Иржи.

— Можно. Если повезёт, — каноник развернулся и направился к воротам Святовацлавского замка. Приятели взяли с повозки по свечному фонарю и зашагали следом. Врбас толкнул устроенную в правой створке ворот калитку, и та со скрипом отворилась, пропуская всех троих внутрь. Запирать не было нужды: репутация этого места хранила его надёжнее любых сторожей, и только сумасшедший отважился бы сунуться сюда в ночное время. К тому же всё хоть мало-мальски ценное из замка давным-давно вывезли.

Нетронутый снег скрипел под подошвами. Кладоискатели миновали сводчатый туннель, где в мягком свете фонарей можно было различить тёмные дыры бойниц по стенам. Максим запрокинул голову и в вышине над собой увидел провалы — оттуда на осаждающих, если они врывались в проход, должны были сыпаться камни и литься кипяток. Вторые ворота, такие же массивные и старые, как и первые, закрывали выход в замковый двор, но сейчас обе створки их были распахнуты настежь.