Книга Стамбул — Москва. Я тебя не отпускал, страница 40 – Иман Кальби

Я настолько сильно была поглощена в безысходность ситуации с отцом, что даже не заметила того, что что Серкан незримо перешел черту и вышел за пределы политкорректности и рабочей этики, а я ему это позволила сделать…

— Готова ехать? — спрашивает меня Серкан, отвлекая от своих совсем не радужных мыслей.

Черт, я совсем забыла, что он сказал, что через час мы куда-то поедем.

Что еще он приготовил? Какого еще подвоха от него ожидать?

Спускаемся в машину. Он снова сама любезность.

Спустя четверть часа мы паркуемся у красивого темного здания, внутри оказывающегося закрытым клубом.

Гости сидят в утопленных в тени нишах и их совсем не видно, что создает ощущение абсолютной интимности.

Проходим внутрь, следуя за эффектной девушкой. Нас ждут такой же стол, полностью скрывающий наши лица.

Страшно представить, что он тоже скрывает.

Мысленно тушуюсь, что я сейчас не в вечернем наряде, но потом понимаю, что глобально все равно- потому что нас никто не видит, а Серкана, видимо, все устраивает.

Вообще, происходящее немного странно… Сейчас далеко не поздний час. А мы здесь… В искусственно созданной темноте…

Ритмичные басы с ориентальными напевами заполняют пространство, придавая этому помещению ощущение абсолютной сюрреалистичности.

— Мы на какое-то шоу приехали? — спрашиваю, оглядываясь по сторонам.

Идеальный интерьер, в котором отражаются и преломляются тени и футуристичные элементы дизайна заставляют забыть дискомфорт. Любопытство и предвкушение неизвестного побеждает другие ощущения.

— Все увидишь, Татлым, — улыбается Серкан зловеще-подозрительно, когда официанты приносят нам закуски и разливают шампанское по бокалам.

— Для легкости, Ольга. Чтобы ты лучше себя отпустила, — черные глаза пугают и завораживают одновременно.

Я делаю пару глотков, чувствую, как пузырьки приятно щекочут десну и язык.

Свет по центру помещения становится еще темнее и гуще.

Музыка постепенно стихает. Все и вся замирает в ожидании чего-то.

Один острый луч сверху пронзает центр помещения и теперь все мы видим стоящую там женщину.

Она вообще не худая. От слова совсем. Напротив, ее формы крупные, полные и по современным стандартам явно не совершенные- широкие бедра, массивные ноги, большая грудь и мягкий живот. При этом ее тело не вызывает отвращения. Оно красиво, пропорционально, даже завораживающе в своей пластике.

Звучат первые аккорды. Дама улыбается и начинает двигаться.

Ей не двадцать и даже не тридцать. Она взрослая. И это тоже сильно впечатляет. Этот танец производит впечатление не развлечения, а скорее какого-то высшего мастерства.

Она фантастически владеет своим телом. Делает какие-то удивительные вещи.

Этот живот, бедра, покатые плечи. Их движения- как волшебство. Пробуждают внутри тебя восторг и дикую энергию.

Сама не замечаю, как завороженно смотрю на нее, выхватывая каждое движение.

— Это всемирно известная турецкая танцовщица живота, Ольга. Настоящая танцовщица живота. Не та пошлая нелепость, которую пытаются втюхать несведущим туристам или неразборчивым похотливым мужикам.

Я с удивлением поднимаю глаза на Серкана.

Но тут же снова возвращаю их к сцене.

Очень красивая, эффектная, яркая…

Эта женщина действительно не просто танцует. Она словно бы парит.

Это настоящее искусство.