Онлайн книга «Стамбул — Москва. Я тебя не отпускал»
|
— Чашки? — не понимаю его, — эти же нормальные… — Выберешь на свой вкус, Ольга… Очень важно, чтобы женщина подавала еду и напитки, которую готовит сама, в выбранной ею посуде. Это энергетический обмен, татлым. Твоя энергия, которой ты делишься со мной, а я ее с удовольствием принимаю… Совершенно не понимаю, что он такое говорит, но киваю в нерешительности. Снова делает глоток. Я присоединяюсь. И правда, на удивление, неплохо… А я ведь так волновалась. — Как папа, Ольга? Дергаюсь от его слов, как от кнута. Откуда от знает? Словно бы отвечая на мой вопрос, поясняет. — Вера сказала, что ему сделали операцию накануне. Как его состояние сейчас. — Пока неясно, — говорю сипло и опускаю глаза. Не хочу об этом. С ним- точно не хочу… Он недовольно хмурит брови. — Подожди, — встает и подходит к столу, хватая с его поверхности свой телефон. Куда-то звонит. Говорит на турецком. Спрашивает у меня ФИО отца и уточняет город, в котором он лежит, а я так растерянна сейчас, что говорю, хотя не стоило бы. Потом снова ко мне возвращается. — Я переговорил с турецким послом. Он сейчас свяжется с министерством здравоохранения и они посмотрят, какая там ситуация. Все будет хорошо, Ольга. Я глубоко и порывисто дышу. Нервы все же сдают. — Тебе не нужно было этого делать… — Я пока ничего не делал… — Нет, ты делаешь, Серкан… — мое состояние напрочь срывает предохранители. Я хотела говорить спокойно и трезво, уже не получается… — Ты игнорируешь главное и пытаешься сделать так, чтобы я была тебе должна… Чтобы я не смогла отказаться… Ты…. Я не проститутка, Серкан… Всё. Не выдерживаю. Слезы предательски скребут по горлу, щиплют в носу… — Успокойся, — говорит он довольно жестко, — и послушай внимательно меня. Во-первых, не вмешивай в это родителей. Родители- это святое. Твоему отцу я хочу помочь только поэтому, что бы ты сейчас ни придумывала. А о второй части нашей сделки мы сейчас с тобой предметно поговорим. — То есть… — То есть так и быть, Ольга. Раз уж ты такая отчаянная и дерзкая, раз уж готова держаться за свои принципы, даже когда к стенке приперта, я готов дать тебе место для переговорного маневра… 18. Девушки с Севера — Итак, вернемся к разговору, Ольга, — его тон деловой и спокойный, контролирующий пространство вокруг нас. Взгляд- такой, что невозможно не потупить глаза в пол. Вот эту его привычку подавлять «мягкой силой» я ощутила на себе еще в Стамбуле, но сейчас… Сейчас это умение пугает… — Да, давай, — голос немного дрожит. В сотый раз поправляю волосы за ухо. Нервничаю. Он наблюдает за мной и улыбается. — Успокойся, Оля, — называет меня мягко, по-русски, и это как-то… странно что ли, — я не собираюсь тебя ломать, уничтожать или унижать… Да, признаюсь, мне хотелось поймать шок и ужас в твоих глазах, когда я обрушивал на тебя твою новую правду и реальность. Да, хотелось наказать словом за то, что ты говорила в тот день в Стамбуле, но… Очевидно, мне, как ты понимаешь, нет никакой нужды насильно заставлять женщин с собой спать… Благо, что желающих хоть отбавляй. Да уж, понимаю… Вчерашний женский хохот в трубке до сих пор так явственно звучит в ушах… — Тогда… — растерянно говорю я, — можно считать, что мы квиты… Я наговорила… оскорбительного, — подобрала слово, почему-то идиотски при этом себя почувствовав, — ты тоже меня сделал, признаюсь… Тема закрыта? |