Онлайн книга «Стамбул — Москва. Я тебя не отпускал»
|
С утра, вооружившись хорошей солнцезащитой, той самой широкополой шляпой и новым стильным вязаным костюмом для пляжа, заказанным на Алике, но у проверенного продавца с хорошими рекомендациями- и потому выглядящим на люкс, я спускаюсь в марину к обозначенному времени. Каково же мое удивление, когда у катера меня дожидается тот самый мужчина, которого я незаслуженно обругала, а он даже не понял- за что… — Вы? — спрашиваю растерянно и снова краснею. Он выше меня головы на две. Темные волосы слегка подернуты светлыми бликами- выгорели на солнце. Глаза… Господи, у него такие бездонные голубые глаза, что марина отдыхает! Улыбается… Улыбается мне, хотя должен гоготать над тем, какая я все-таки нелепая вчера была… — Хеллоу, — обращается дружелюбно на хорошем английском, — меня зовут Серкан и я буду вашим сопровождающим во время прогулки… Сопровождающий, блин… 6. Лучший из лучших Знала бы я тогда… Вот точно бы просидела в номере до конца «ревизорской командировки»… Это даже не катер, а небольшая яхта. Мы только вдвоем. Это одновременно пугает и щекочет нервы… в целом в качестве мести он может меня притопить… Я завороженно смотрю на то, как Серкан управляется с судном. Плавно и в то же время, контролируя все происходящее. Мы выходим из гавани и он начинает свой легкий и непринужденный рассказ. — Вы уже знаете, куда именно мы идем? — Мне сказали, это просто экскурсия по побережью… — Не совсем. Наше место назначения- остров Сулуада. Его еще называют турецкими Мальдивами за белоснежный песок и лазурный цвет воды. А еще на этом острове живут занесенные в Красную книгу черепахи каретта. Обычно туристы направляются туда из порта Адрасан, но у нашего отеля очень глубокая марина и мы организовали прямой переход. Это существенно экономит время на транспорт из отеля до порта. Морем расстояние до острова составляет не более десяти километров. Я слушаю его мягкий бархатный голос, подставляя лицо нежным ноябрьским солнечным лучам. У Серкана восхитительный английский и вполне себе неплохой рабочий русский- и он, кажется, совершенно не испытывает ко мне антипатии за вчерашнее. Но мне все равно хочется извиниться, ведь накануне я это толком так и не сделала… — Серкан, простите за вчерашнее недопонимание… Я… приняла грубый голос на видео того мужчины за гадость в свою спину и обрушила гнев на Вас, так как… Да не знаю, почему на него… Больше турков поблизости там не оказалось… Он сосредотачивается на мне взглядом. Пристально смотрит, но не зло. С каким-то интересом что ли. Азартным. — Все нормально… А что было на том видео? Я тушуюсь и краснею. — Нелицеприятная фраза в сторону русской девушки, явно сказанная турком… Так вы обычно обращаетесь к русским девушкам, которые неприлично ведут себя на отдыхе… — И как обращаемся? Он откровенно потешается. Улыбается своей обворожительной улыбкой и снова заставляет меня краснеть… — Наташии… — Разве это не красивое русское имя? — Но не в таком исполнении, — морщусь я… Он снова смотрит на меня и улыбается. — Вообще, у нас не зря так любят говорить «Наташа» на красивую русскую девушку. В этом нет никакого оскорбления. Дело в том, что для турецкого языка это имя крайне благозвучно- «естественная любовь». Так его можно перевести дословно, если прислушаться к произношению его слогов. Кажется, что оно состоит из двух турецких слов — Нат и Ашк. |