Книга Последняя жертва, страница 57 – Руби Райт

— Ты встречался с Машей Звонаревой? — Я мастер рокировки тем в самом разгаре беседы.

— Ого. С чего такой вопрос? — Уставился на меня Тимоха.

— Да я недавно прибиралась в кабинете отца и нашла копию ее дела, ты же знаешь, что папа мой все хранит. Ну и прочла в документах… — лгу мужу лучшей подруги. Лгу и не краснею. В таких вопросах главное — держать лицо и говорить так, чтобы допрашиваемый был спокоен.

— Да, мы встречались, недолго, пару месяцев до ее исчезновения.

— А в тот день ты был на вечеринке? — Я знаю ответ на этот вопрос, но мне нужно выудить как можно больше информации.

— Все были на той вечеринке.

— Меня не было… — Факт.

— Ну только что тебя.

— И ты не видел, как она уходила? С кем уходила? В каком она была настроении? Она была пьяна? — Выливаю на него все и сразу, чтобы он сам выбрал главный вопрос.

— Сонь, нафига тебе все это? Ты решила в полицию податься? — Тимоха не воспринимает меня всерьез. Да, он всегда ко мне хорошо относился, думаю, вынужденно, так как мы с Элей дружим. Но я не его подруга.

Он никогда мне ничего не говорил, но часто подшучивал. И если Элины шутки были добрыми, от любви ко мне, то Тимохины нет.

И я всегда это отчетливо понимала.

— Нет. Просто встретила Илью…

— И что? — Промелькнула агрессия. — Мы с ним несколько раз это все обсуждали. Он мне те же вопросы задавал. И толку? Она свалила, и, уверен, живет себе и в хер не дует, как тут ее мать поживает и брат.

М-м, я думала он на меня злится, а оказывается, что на нее.

— Думаешь, она просто сбежала?

— Уверен. Она была немного странной последнее время, ну когда мы еще встречались. Постоянно твердила, что не хочет здесь жить, что хочет уехать и все такое.

— Тебя с собой звала? — Думаю, так и было.

— Звала. Но я бы не уехал. Куда? Нам по восемнадцать. Ни денег, ни образования. Что у нас за жизнь бы была?

— И вы поругались в тот вечер? — Обычный вопрос, который Тимофей как-то не так воспринял. Его голос стал еще более жесткий. Он швырнул бычок в сторону и тут же прикурил вторую сигарету.

— На что ты намекаешь, Сонь?

— Ни на что. Я просто хочу узнать, что тогда случилось.

— Да ничего не случилось. Я тебе говорю. Машка в тот вечер трезвая была. Не пила почти. Все время со мной терлась, пока я не пошел с пацанами на спор в озеро прыгать с тарзанки. А потом ее как ветром сдуло. Уверен, что она просто свалила. Она всегда слегка дикой была. С мамкой не в ладах, брат в армии, без отца росла. Плюнула на нас всех и свалила. И раз за столько лет не вернулась, значит, все у нее заебись в жизни.

Хоть Тимоха рассуждает уверенно, я почему-то ему верю. А я разбираюсь в людях.

Он уверен в том, что Маша сбежала, и говорит о ней с обидой в голосе, мне так кажется. На что он обижен?

Может, я и впрямь рано на него ставку сделала? Ну был он знаком с обеими жертвами. Был на обоих местах преступления. Но это же не уличает его в убийстве?

Совпадение? Не верю я в такого рода совпадения, а вот другу верю. И снова дилемма…

— Вернемся в бар, или допрос продолжается? — спрашивает надменно. Ох, если он о разговоре Эльке расскажет, то мне и от нее влетит мама не горюй.

— Извини. Наверное, я слишком много пишу детективов.

— Да я не в обиде. Если честно, мне всегда хотелось узнать, где она теперь? Как ее жизнь сложилась? Моя-то сложилась. А ее? Не представляю, какого Илье и мамке их столько лет в неведении провести. Дура Машка, что деру дала. Дура и эгоистка… — Закончил Тимоха свои рассуждения и стрельнул бычком в стену рядом стоящего здания. — Все, не хочу больше о прошлом. И ты прекращай в этом копаться. Пошли лучше напьемся…