Книга Кофе по понедельникам, страница 95 – Алексей Котейко

— Я так понимаю, что и в агентстве ты теперь уже не работаешь?

Сероволосая кивнула. Губы её скривились в усмешке:

— Залепить пощёчину племяннице шефа – эффектный способ подать заявление об уходе. Нет, мне, конечно, хотелось ей мордашку расцарапать и наращенные пряди повыдрать, но это запросто могло превратиться в неприятности уже для меня самой.

— Ты боевая, – заметил Серёга, надеясь хоть немного подбодрить собеседницу. Та передёрнула плечами:

— Дура я. Поверила в сказку.

— Сказки не виноваты. Виноваты те, кто превращает сказки во враньё. А что Олег?

— А что Олег? Кинулся разнимать – хотя я и не собиралась всерьёз лупить его «мадам». Получил свою пощёчину. Потом я ушла.

— Оправдаться не пытался?

— По-моему, когда тебя в голом виде застают на стонущей девке – оправдаться затруднительно, – заметила Жанна. – Вызвала такси, поехала на квартиру. Собрала вещи и ушла.

— Квартира его?

— Угу.

— А ты теперь где?

— У себя, – махнула рукой девушка куда-то в сторону кондитерской фабрики. – В родительской, – в это слово она умудрилась разом вложить странную смесь злости и горечи. – На Селивановке.

— Это где? – растерянно уточнил Сергей.

— Да за железной дорогой, заводской посёлок.

— За кладбищем? Где пешеходный мостик?

Девушка чуть вздрогнула, но когда она ответила, голос её прозвучал спокойно и даже отстранённо:

— Да. Там. Вещи я перевезла сразу.

— Зато теперь до спортзала рукой подать, – парень снова попытался внести в разговор оптимистичную нотку.

— Ага.

Они помолчали. Жанна взяла бокал и принялась большими глотками пить уже немного остывший кофе. Бариста наблюдал за ней, слегка хмурясь: у Сергея крепко засело ощущение недосказанности, и он никак не мог понять – то ли девушка не захотела говорить во всех подробностях о случившемся (хотя вряд ли уточнение деталей могло сильно изменить итоговую картину), то ли ему самому не удалось подобрать правильных слов, чтобы хоть немного отвлечь Жанну от её переживаний. Парень склонялся ко второму, и в нём понемногу разгоралась досада на самого себя.

— Как ты теперь с работой?

— Наплевать, – лицо сероволосой ожесточилось. – Буду вольным стрелком.

— Я думал, ты хочешь репутацию?

— Репутация, как оказалось, ничего не стоит.

— А как же юридическая сторона вопроса?

— Ты о чём?

— Ну, разрешения там, открытие ИП?

— У нас по закону риелтору даже лицензия не требуется. В общем-то, ты можешь просто прийти с улицы, и пытаться предлагать свои услуги посредника, – пояснила девушка. Потом разом допила оставшийся кофе и встала:

— Может, стоило бы позвонить последним клиентам, и сказать, что я теперь работаю сама, и с удовольствием возьмусь за второй их объект, причём за меньший процент, чем агентство, – она резко дёрнула ремень, поднимая с пола свою сумку.

— Не стоит, – заметил Сергей. – Это может плохо кончиться.

— Пофиг, – тёмно-синие глаза яростно сверкнули. – Но звонить я не стану не потому, что боюсь. А потому, что я не такая тварь, как шеф с его потаскушкой-племянницей. Да и вообще…

Ярость как-то разом улетучилась из неё. Девушка устало ссутулила плечи и, не договорив, уныло махнула ему рукой:

— Хорошего дня.

Она сама отперла дверную защёлку и вышла, не дожидаясь ответа. Серёга, растерянно пробормотавший: «Хорошего дня», провожал её встревоженным взглядом через окно. Вот сероволосая миновала пешеходный переход. Ещё секунда-другая – и вот уже Жанна скрылась за углом дома на противоположной стороне улицы.